Причины отмены (изменения) в первом полугодии 2014 года судебных актов судебной коллегии Арбитражного суда Костромской области по рассмотрению экономических споров, возникающих из гражданских правоотношений

Дата: 
01.10.2014
Причины отмены (изменения)
в первом полугодии 2014 года судебных актов
судебной коллегии Арбитражного суда Костромской области по рассмотрению экономических споров,
возникающих из гражданских правоотношений [1]
 
В первом полугодии 2014 года судьями, рассматривающими дела по спорам, возникающим из гражданских правоотношений, рассмотрено 3574 дела, в том числе 37 банкротных (за тот же  период 2013 года – 3564 дела, в т.ч. 34 банкротных). Вышестоящими судебными инстанциями судебные акты отменены (изменены) по 40 делам, что составляет 1,1% от общего количества рассмотренных дел (в первом полугодии 2013 года – 37 или 1%). Из них 34 акта отменено (изменено) Вторым арбитражным апелляционным судом, 6 судебных актов – Федеральным арбитражным судом Волго-Вятского округа. 
Количество отмененных (измененных) актов в первом судебном составе в первом полугодии 2014 года составило – 16 (в первом полугодии 2013 года – 16); во втором судебном составе отменено 22 судебных акта (в первом полугодии 2013 года – 21).
В целом, за 1 полугодие 2014 года, по сравнению с аналогичным периодом 2013 года, количество рассмотренных дел незначительно увеличилось (на 0,3%), доля отмененных актов в процентном соотношении также незначительно увеличилась с 1% до 1,1%.
Анализ причин отмены (изменения) судебных актов в апелляционном и кассационном порядке показал, что, самыми распространенными основаниями для отмены (изменения) судебных актов являются как несоответствие выводов суда, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, так и неправильное применение норм материального права.
Судебные акты также отменялись (изменялись) при наличии так называемых «реабилитирующих» обстоятельств, когда причиной отмены являлась не судебная ошибка, а поведение сторон, в частности, полный или
частичный отказ истца от иска в суде вышестоящей инстанции либо заключение мирового соглашения  - 5 дел (в первом полугодии 2013 года – 4 дела).
Таким образом, количество отмененных судебных актов (без учета отмен по «реабилитирующим» основаниям) составляет 1% от общего числа рассмотренных коллегией в первом полугодии 2014 года дел, в первом полугодии 2013 года  аналогичный показатель составлял – 0,9%.
Ниже приводится анализ некоторых причин пересмотра судебных актов.
 
 
 
 
 
Отмены (изменения) судебных актов судом апелляционной инстанции 
 
1. Неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела
(п.1 ч.1 ст. 270 АПК РФ)
 
 
Констатируя тот факт, что основания для признания спорной площадки объектом недвижимого имущества отсутствуют, а произведенная регистрация права собственности ответчика нарушает права и законные интересы истца, как арендатора и потенциального собственника земельного участка, на котором расположен спорный объект, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об обоснованности требования истца о признании права собственности отсутствующим (дело № А31-2591/2013)
Предприниматель 1 обратился в суд с иском к Предпринимателю 2 о признании отсутствующим зарегистрированного за ответчиком права собственности на сооружение-площадку.
 Исковые требования мотивированы тем, что регистрация за Предпринимателем 2  права собственности на спорный объект ущемляют права и законные интересы истца как арендатора той части земельного участка, которая необходима для эксплуатации находящихся на нем объектов предпринимателя; кроме этого сооружение на является объектом недвижимости.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано. Суд исходил из того, что истцом при избранном им способе защиты не доказано нарушение прав и законных интересов ответчиком. Предприниматель 1 не представил доказательства отсутствия у сооружения признаков недвижимого имущества; доказательства невозможности при наличии у ответчика зарегистрированного права на объект реализовать правомочия по владению и пользованию той частью земельного участка, которая необходима для эксплуатации находящихся на нем объектов заявителя, уменьшения доли истца в праве аренды на земельный участок и влияния на права последнего при разделе земельного участка или его выкупе в собственность. Приведенные аргументы судом признаны предположительными. Суд также нашел несостоятельными доводы истца о создании ему препятствий во владении и пользовании арендуемой части земельного участка, а также учел, что истцом приобретены объекты недвижимости, расположенные на спорном земельном участке тогда, когда площадка существовала как объект гражданского оборота и имела собственника. Кроме того, суд согласился с заявлением ответчика об истечении срока исковой давности по требованию, заявленному истцом.
Апелляционный суд счел решение суда подлежащим отмене, указав следующее.
Судами первой и второй инстанции установлено и не оспаривается сторонами тот факт, что площадка, принадлежащая ответчику, накладывается на земельный участок, арендатором которого является истец как собственник помещений в здании.
Распространение на объект, не являющийся недвижимостью, правового режима недвижимого имущества, определяет порядок использования земельного участка и непосредственным образом влияет на условия его возможного выкупа (приватизации).
 Основными признаками недвижимости в силу действующего законодательства являются: во-первых, прочная связь с землей; во-вторых, невозможность перемещения соответствующего объекта без несоразмерного ущерба его назначению.
 Рассматриваемый объект не обладает самостоятельными полезными свойствами и неразрывной связью с землей. По существу покрытие (замощение) какой-либо площади земельного участка несет вспомогательную функцию по отношению к назначению земельного участка и является лишь элементом благоустройства участка. В рассматриваемом случае земельный участок, а не иное имущество несет основную функциональную нагрузку.
 Кроме того, в материалах дела нет доказательств того, что площадка создавалась как объект недвижимости.
Оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что основания для признания спорной площадки объектом недвижимого имущества отсутствуют, а произведенная регистрация права собственности ответчика нарушает права и законные интересы истца, как арендатора и потенциального собственника земельного участка, на котором распложен спорный объект. По сути, регистрация за ответчиком права собственности на площадку, которая является не более чем улучшением земельного участка, означает регистрацию права собственности на земельный участок.
Апелляционный суд признал заявленные Предпринимателем 1 исковые требования о признания отсутствующим зарегистрированного права собственности Предпринимателя 2 на спорную площадку законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Доводы ответчика об истечении срока исковой давности при предъявлении исковых требований коллегия судей отклонила.
 С учетом названных обстоятельств суд второй инстанции отменил решение суда первой инстанции.
 
Аналогичными являются  обстоятельства дела и основания отмены апелляционным судом решения суда первой инстанции по делу № А31-2590/2013.
 
Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания с ответчика платы за коммунальные услуги, предоставленные в нежилом помещении (дело № А31-6868/2013)
Общество  обратилось в суд с иском к Предпринимателю о взыскании долга по оплате за коммунальные услуги, предоставленные ответчику  в нежилом помещении и  за коммунальные услуги, потребляемые в процессе использования общего имущества в многоквартирном доме.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано.
Проверяя законность принятого судебного акта, апелляционный суд установил следующее.
Стоимость коммунальных услуг, потребляемых при использовании общего имущества в многоквартирном доме, не может вноситься напрямую ресурсоснабжающей организации даже при принятии решения об осуществлении прямых расчетов с данной организацией собственниками и нанимателями жилых помещений в многоквартирном доме. Следовательно, суд первой инстанции правомерно отказал Обществу во взыскании с Предпринимателя задолженности за услуги водоснабжения и водоотведения на общедомовые нужды.
Однако, апелляционный суд не согласился с выводами суда в части отказа в удовлетворении требования о взыскании суммы долга по оплате за коммунальные услуги, предоставленные Предпринимателю  в нежилом помещении (в соответствии с показаниями индивидуального прибора учета), указав следующее.
Истец свои обязательства по договору выполнил надлежащим образом, что подтверждается актами сдачи-приемки по договору. Ответчик не оспаривает факт поставки питьевой воды и оказания ему услуг по водоснабжению.
Названные обстоятельства послужили основанием для отмены решения суда первой инстанции в части.
 
 
 
2. Недоказанность обстоятельств,
которые суд считал установленными
(п.2 ч.1 ст. 270 АПК РФ)
 
 
Суд апелляционной инстанции установил, что должником не представлено достаточных и объективных доказательств, подтверждающих наличие оснований для предоставления ему рассрочки исполнения решения суда, а также гарантий надлежащего исполнения решения суда в случае предоставления такой рассрочки (дело № А31-3573/2012)
Должник обратился в суд с заявлением о предоставлении рассрочки исполнения решения.
Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение решения суда и требования  удовлетворил.
Арбитражный суд апелляционной инстанции посчитал  данный вывод суда первой инстанции ошибочным, поскольку предоставление заявленной рассрочки нарушает баланс интересов должника и взыскателя, свидетельствует о несправедливом судебном разбирательстве.
Суд апелляционной инстанции установил, что должник не представил документы, позволяющие объективно оценить его финансовое состояние, а также подтверждающие возникновение у него в дальнейшем возможности уплатить сумму задолженности в порядке, в каком он просит в заявлении на рассрочку. Имеющиеся в материалах дела платежные документы об оплате части суммы долга третьим лицом не подтверждают наличие денежных средств или доходов у ответчика и фактическую возможность исполнения им судебного акта.
В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.
В отсутствие доказательств наличия обстоятельств, затрудняющих исполнение судебного акта, а также гарантий надлежащего исполнения решения суда в случае предоставления такой рассрочки, основания для удовлетворения ходатайства должника отсутствовали.
С учетом указанных обстоятельств апелляционный суд пришел к выводу о необходимости отказа в удовлетворении заявленного должником ходатайства о предоставлении рассрочки исполнения решения суда первой инстанции.
Суд кассационной инстанции оставил постановление апелляционного суда без изменений.
 
 
Суд апелляционной инстанции не принял в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих факт безучетного потребления
 
Предпринимателем электроэнергии, акт проверки и акт о неучтенном потреблении электроэнергии, составленные Компанией, установив факт нарушения последней требований Основных положений №442, регламентирующих порядок проведения проверки прибора учета и фиксации результатов проверки (дело № А31-9313/2013)
Предприниматель (потребитель) обратился в суд с требованием об обязании Компании произвести перерасчет электроэнергии. Компания (сетевая организация) обратилась в суд с встречными требованиями о взыскании долга за безучетное потребление электроэнергии.
Суд первой инстанции решением отказал в удовлетворении исковых требований Предпринимателя и удовлетворил требования Компании. Суд исходил из доказанности факта безучетного потребления Предпринимателем электроэнергии.
Апелляционный суд с позицией суда не согласился: по результатам оценки представленных документов пришел к выводу о недоказанности факта безучетного потребления Предпринимателем электроэнергии и указал следующее.
Из толкования пунктов 188 и 192 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 №442 следует, что включение в объем услуги по передаче электроэнергии, оказанных сетевой организацией, к объектам которой присоединены энергопринимающие устройства, в отношении которых был выявлен факт безучетного потребления электроэнергии, объема безучетно потребленной электроэнергии возможно в случае выявления и надлежащей фиксации факта безучетного потребления электроэнергии.
При проведении проверки и составления актов присутствие потребителя обязательно, что должна обеспечить сетевая организация исходя из порядка проведения проверки, предусмотренного Основными положениями №442. Соблюдение прав потребителя сетевая организация не доказала.
Апелляционный суд установил, что оформление акта проверки приборов учета и акта о безучетном потреблении электрической энергии произведено  ненадлежащим образом, а проведение проверки с нарушением условий договора и Основных положений №442, в связи с чем признал  правомерным отказ Предпринимателя принимать спорные акты в расчеты объема оказанной услуги по передаче электрической энергии.
Кроме того, оценив действия Компании по проведению проверки в присутствии лица, не являющего представителем потребителя, притом, что обязанность по плате возникает у потребителя, суд апелляционной инстанции сделал вывод о недобросовестных действиях сетевой организации в обход порядка проведения проверок приборов учета и составлению актов, предусмотренных Основными положениями №442.
Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Предпринимателя и отказе в удовлетворении встречных исковых требований Компании и отмене судебного акта суда первой инстанции.
Позиция апелляционного суда была поддержана окружным судом.
 
 
 
3. Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п.3 ч.1 ст.270 АПК РФ)
 
 
Суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении иска о возмещении вреда, поскольку факт управления предпринимателем транспортным средством на основании нотариально удостоверенной доверенности доказан; предприниматель является законным владельцем транспортного средства и должен нести предусмотренную действующим законодательством ответственность (дело № А31-5882/2013)
Учреждение обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с Предпринимателя платы за провоз тяжеловесного груза по автомобильным дорогам общего пользования.
Решением суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал.
Апелляционный суд счел отказ суда первой инстанции необоснованным, исходя из следующего.
Действующим законодательством установлена обязанность владельцев транспортных средств по возмещению вреда, причиняемого транспортными средствами при перевозке тяжеловесных грузов.
Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ответчик является индивидуальным предпринимателем, основной вид деятельности которого - деятельность автомобильного грузового транспорта.
Как установлено  по ранее рассмотренному гражданскому делу судом общей юрисдикции и является обязательным для арбитражного суда на основании нотариально удостоверенной доверенности собственник транспортного средства уполномочил Предпринимателя управлять, пользоваться и распоряжаться своим транспортным средством.
 Материалы дела свидетельствуют о том, что право управления спорным транспортным средством передано Предпринимателю, законным владельцем на момент причинения вреда являлся ответчик, факт превышения осевой нагрузки установлен.
Апелляционный суд констатировал, что решение принято судом первой инстанции при несоответствии выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, что является основанием для его отмены.
 
 
Подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами (дело № А31-9666/2013)
Управляющая компания (Заказчик) обратилась в суд с иском о взыскании с Предпринимателя (Подрядчик) убытков, понесенных в результате ненадлежащего исполнения условий договора подряда, касающихся проведения капитального ремонта кровли жилого дома.
В обоснование иска Управляющая компания указала, что недостатки выполненных работ, стоимость устранения которых составляет взыскиваемую сумму убытков, выявлены в период гарантийного срока, указанные недостатки было невозможно выявить в ходе обычной приемки работ, право на устранение недостатков заказчиком предусмотрено условиями договора.
При принятии судебного акта суд первой инстанции сделал вывод о явном характере недостатков, указанных истцом на основании заключения эксперта и несоответствии перечня работ, необходимых для устранения допущенных ответчиком недостатков, видам работ, указанным в локальной смете к договору подряда, в связи с чем в удовлетворении иска отказал.
При наличии в материалах дела доказательств некачественного выполнения работ по договору подряда, апелляционный суд счел отказ суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований необоснованными, исходя из следующего.
Из пунктов 1 и 2 статьи 755 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) следует, что подрядчик, если иное не предусмотрено договором строительного подряда, гарантирует достижение объектом строительства указанных в технической документации показателей и возможность эксплуатации объекта в соответствии с договором строительного подряда на протяжении гарантийного срока. Установленный законом гарантийный срок может быть увеличен соглашением сторон. Подрядчик несет ответственность за недостатки (дефекты), обнаруженные в пределах гарантийного срока, если не докажет, что они произошли вследствие нормального износа объекта или его частей, неправильной его эксплуатации или неправильности инструкций по его эксплуатации, разработанных самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами, ненадлежащего ремонта объекта, произведенного самим заказчиком или привлеченными им третьими лицами.
Согласно пунктам 4,5 статьи 720 Кодекса заказчик, обнаруживший после приемки работы отступления в ней от договора подряда или иные недостатки, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки (скрытые недостатки), в том числе такие, которые были умышленно скрыты подрядчиком, обязан известить об этом подрядчика в разумный срок по их обнаружении.
Заказчик не лишен права представить суду свои возражения по качеству работ, принятых им по двустороннему акту.
Таким образом, Управляющая компания, обнаружив недостатки в выполненной Предпринимателем работе по капитальному ремонту кровли, обоснованно представило в суд в качестве доказательств наличия таких недостатков акт проверки жилищной инспекции, заключение по качеству устройства кровли на жилом доме, выполненное экспертом; в качестве доказательств понесенных расходов в связи с устранением дефектов  - договор подряда, заключенный  с Обществом и акт выполненных работ.
Суд апелляционной инстанции установил, что указанные недостатки не носят явный характер; Подрядчик не доказал отсутствие своей вины в их возникновении в период гарантийного срока; Заказчик вправе по своему выбору устранить недостатки своими силами или привлечь для их устранения третье лицо с отнесением расходов на их устранение на Подрядчика.
Апелляционный суд констатировал, что решение принято судом первой инстанции при несоответствии выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, что является основанием для его отмены.
Позиция апелляционного суда была поддержана окружным судом.
 
Апелляционный суд изменил определение суда первой инстанции в части отказа во взыскании судебных расходов за получение выписки из ЕГРИП на ответчика, посчитав доказанным факт несения таких расходов истцом (дело № А31-10400/2013)
Прекращая производство по делу, суд первой инстанции отказал истцу во взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины за выдачу выписки из ЕГРИП на основании указания в платежном поручении неправильных реквизитов («за получение выписки из ЕГРЮЛ»).
Апелляционный суд с позицией суда не согласился, указав следующее.
Для удовлетворения требования о возмещении расходов в связи с получением выписки из ЕГРИП необходимо подтвердить факт их несения в заявленном размере.
Истцом в подтверждение обоснованности произведенных расходов представлено платежное поручение и выписка из ЕГРИП в отношении ответчика.
Ошибка в назначении платежа при правильном указании остальных реквизитов не явилась основанием для отказа в выдаче выписки из ЕГРИП, представленная в материалы дела выписка из ЕРГИП на ответчика свидетельствует о несении истцом судебных расходов, связанных с ее получением.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции посчитал доказанным факт несения истцом расходов на получение выписки из ЕГРИП в связи с рассмотрением дела и изменил определение суда первой инстанции.
 
 
Поскольку расчет стоимости потребленного ресурса по пропускной способности подлежит исчислению с момента обнаружения отсутствия пломбы до момента установки ресурсоснабжающей организацией новой пломбы, апелляционный суд посчитал необоснованным вывод суда первой инстанции о возникновении у ответчика обязанности по оплате поставленного ресурса во взыскиваемом объеме (дело №А31-3614/2013)
Общество обратилось в суд с иском о взыскании с  Завода задолженности по договору на отпуск питьевой воды и прием сточных вод.
Суд первой инстанции пришел к выводу о возникновении у ответчика обязанности по оплате поставленного ресурса во взыскиваемом объеме и удовлетворил заявленные требования истца. Суд счел, что количество отпущенной воды ответчику должно определяться по пропускной способности в соответствии с пунктами 57 и 77 Правил пользования системами коммунального водоснабжения и канализации в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 12.02.1999 № 167, в редакции, действующей в спорный период, поскольку потребление ответчиком коммунального ресурса осуществлялось без организации надлежащего учета (отсутствовала пломба на обводной линии), что приравнивается к водопотреблению без средств измерений. Суд признал доказанным факт неисполнения ответчиком собственных обязанностей по обеспечению сохранности пломбы, установленной истцом на запорной арматуре, и по обеспечению допуска работников истца к узлу учета холодной воды для проверки его состояния.
Проверяя законность принятого судебного акта, апелляционный суд установил следующее.
У истца не имелось правовых оснований для исчисления объема воды, поставленной с 01.11 по 29.11.2012 ответчику, в соответствии с положениями  пункта 57 Правил № 167, поскольку истец не представил в дело доказательств того, что именно ответчик не допустил работников истца на территорию Завода для осуществления контроля прибора учета. Факт обнаружения отсутствия пломбы на обводной линии подтверждается актом от 30.11.2012, пломба на обводной линии установлена 30.11.2012, в связи с чем расчет стоимости потребленного ресурса по пропускной способности следует исчислять только за 30.11.2012.
Названные обстоятельства послужили основанием для отмены судом  апелляционной инстанции решения суда первой инстанции в части.
Суд кассационной инстанции оставил постановление апелляционного суда без изменений.
 
Основания для возложения на ответчика обязанности по выплате истцу заявленной суммы отсутствуют, так как факт возникновения у цедента статуса управляющей организации в отношении спорного дома не доказан (дело № А31-12057/2012)
Коллекторское агентство обратилось в суд с иском о взыскании суммы неосновательного обогащения. Право требования у истца возникло на основании договора уступки права требования.
Судом первой инстанции заявленные требования удовлетворены.
Апелляционный суд не согласился с позицией суда первой инстанции.
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2010 № 1027/10, договор управления многоквартирным домом по своей правовой природе является особым видом договора, в отношении которого действует специальный режим правового регулирования. Такой договор может быть прекращен в одностороннем порядке по инициативе собственников помещений по основаниям, установленным  частями 8.1 и 8.2 статьи 162 Жилищного кодекса РФ, а также в случаях, определенных соглашением сторон. При этом применительно к части 8.2 статьи 162 ЖК РФ право на односторонний отказ от исполнения договора управления жилым домом возникает у собственников помещений лишь при условии неисполнения либо ненадлежащего исполнения управляющей организацией принятого на себя обязательства.
Вопросы об отказе от услуг прежней управляющей компании и о прекращении заключенного с ним договора управления собственники спорного многоквартирного дома не рассматривали и соответствующего решения не принимали; из материалов дела не следует, что прежняя управляющая компания нарушила условия договора управления многоквартирным домом.
Учитывая, что новая управляющая компания не приобрела статус управляющей компании, то оснований для уступки прав требования истцу у нее отсутствовали.
Суд второй инстанции констатировал отсутствие у суда первой инстанции оснований для возложения на ответчика обязанности по выплате истцу заявленной суммы, так как факт возникновения у цедента статуса управляющей организации в отношении спорного дома не доказан.
 
Суд при оценке обоснованности расходов арбитражного управляющего должен исходить из подтвержденности данных расходов первичной документацией, составляющейся при несении таких расходов (дело № А31-5009/2008)
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) новый конкурсный управляющий Предприятия обратился с заявлением о признании расходования денежных средств, произведенное предыдущим конкурсным управляющим предприятия в процедуре конкурсного производства необоснованными.
Предыдущий конкурсный управляющий обратился  со встречным иском о возмещении за счет должника расходов, понесенных в результате исполнения возложенных обязанностей в деле о банкротстве.
Определением суда требования нового конкурсного управляющего удовлетворены частично, в удовлетворении встречных требований отказано.
Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции определение суда первой инстанции изменено по следующим основаниям.
В отношении расходов предыдущего арбитражного управляющего на горюче-смазочные материалы суд первой инстанции сделал вывод о неподтвержденности расходования денежных средств путевыми листами, невозможности проверки, как вида используемого транспортного средства, так и продолжительности его маршрута, а также периода его эксплуатации.
Вместе с тем, проанализировав имеющиеся материалы дела, перечень расходных документов, отраженных в авансовых расчетах Предприятия суд апелляционной инстанции не согласился с выводом суда в части неподтвержденности расходов на горюче-смазочные материалы в сумме по датам, совпадающим с проведением собрания кредиторов и судебных заседаний.
Относимость указанных расходов к конкурсному производству должника подтверждается материалами дела и по существу не оспаривается лицами, участвующими в деле, размер расходов не превышает разумных пределов, а, кроме того, контррасчет в этой части не представлен ни новым конкурсным управляющим, ни уполномоченным органом.
Более того, представитель уполномоченного органа в судебном заседании в апелляционной инстанции подтвердил, что прибытие к месту проведения собраний кредиторов и судебных заседаний иным видом транспорта не привело бы к уменьшению суммы данных расходов.
Разумность этих расходов не опровергнута.
С учетом названных обстоятельств суд второй инстанции изменил определение суда первой инстанции.
 
 
 
4. Нарушение или неправильное применение норм                    материального права (п.4 ч.1 ст. 270)
 
 
Заказчик, установив факт нарушения срока выполнения работ и определив объемы фактически не выполненных работ, а также работ, выполненных с нарушением требований качества, обоснованно и правомерно применительно к нормам статей 715, 723, 748 Гражданского кодекса РФ обратился в суд. Само по себе высказанное ответчиком при рассмотрении дел подтверждение намерения выполнить работы, на что указал суд первой инстанции, не свидетельствует о восстановлении нарушенных прав истца (заказчика) и не может исключить удовлетворение иска  (дело № А31-13010/2013)
Учреждение (заказчик) обратилось с иском в суд о взыскании с Общества (исполнитель) неустойки за нарушение сроков выполнения работ по контракту и обязании надлежащим образом выполнить работы по контракту и устранить недостатки выполненных работ.
Суд первой инстанции решением частично удовлетворил иск и взыскал с ответчика в пользу истца неустойку за нарушение сроков выполнения работ.
Проверяя законность принятого судебного акта, апелляционный суд установил следующее.
Материалами дела подтверждается, что уведомлений со стороны исполнителя о невозможности в срок и качественно исполнить свои обязательства в адрес заказчика не поступало. Заказчик в свою очередь обращался к исполнителю с требованием исполнить обязательства.
Ответчик по существу не оспаривал факт ненадлежащего выполнения работ, в том числе допущенные нарушения технологии ведения работ, последствия таких нарушений, объемы некачественно выполненных работ, что свидетельствует о его согласии с доводами истца.
Суд первой инстанции необоснованно исходил из того, что истец не воспользовался правом на заявление о проведении судебной экспертизы. По смыслу статьи 82 АПК РФ назначение судебной экспертизы необходимо в том случае, когда существенный для дела вопрос не может быть разрешен по существу без привлечения специальных познаний. Уклонение ответчика от опровержения доводов истца о некачественном выполнении работ, невыполнении части обусловленных договором работ свидетельствует о возможности рассмотрения дела по существу по представленным доказательствам.
Отказывая в удовлетворении иска в части совершения ответчиком указанных в исковом заявлении действий, суд первой инстанции указал на отсутствие доказательств реальности исполнения судебного акта, доказательств эффективности избранного истцом способа защиты права, на уклонение истца от использования иных способов защиты своих прав из договора со ссылкой на правила статей 328,397, 715 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Однако судом ошибочно не принято во внимание, что заказчик заявил не только требование об устранении допущенных исполнителем дефектов, что прямо основано на положениях абзаца 2 пункта 1 статьи 723 ГК РФ. Отказывая в удовлетворении иска в данной части, суд первой инстанции не учел, что договор между сторонами не предусматривает право заказчика на самостоятельное исправление недостатков, в связи с чем истец ограничен в выборе надлежащего способа защиты.
Заказчик, установив факт нарушения срока выполнения работ и определив объемы фактически не выполненных работ, а также работ, выполненных с нарушением требований качества, обоснованно и правомерно применительно к нормам статей 715, 723, 748 ГК РФ обратился в суд. Само по себе высказанное ответчиком при рассмотрении дел подтверждение намерения выполнить работы, не свидетельствует о восстановлении нарушенных прав истца.
Суд первой инстанции не применил к спору указанные нормы материального права и необоснованно отказал истцу в удовлетворении иска. Ссылка суда первой инстанции на постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.03.2000 № 3486/99 апелляционный суд признал неверной, так как в данном случае невозможность понуждения ответчика  к исполнению в натуре  обязательств (по завершению работ и устранению допущенных недостатков) не доказана ответчиком и не вытекает из существа спорных отношений из договра подряда.
Это  послужило основанием для отмены апелляционным судом решения суда первой инстанции как принятого  с неправильным применением норм материального права.
 
 
Истец, уплатив земельный налог за весь земельный участок, был вправе истребовать у ответчика, собственника нежилых помещений, неосновательно сбереженные денежные средства, составляющие плату за пользование частью земельного участка (дело № А31-8225/2013)
  Общество  обратилось в арбитражный суд с иском к Предпринимателю 1 о взыскании задолженности по договору на возмещение затрат по обслуживанию общего имущества и к Предпринимателю 2 о взыскании неосновательного обогащения в размере земельного налога, уплаченного истцом.
Требования Общества мотивированы обязанностью ответчиков возместить истцу суммы земельного налога, уплаченные им, в том числе за предпринимателей.
Суд первой инстанции иск удовлетворил частично. В части взыскания неосновательного обогащения с Предпринимателя 2 суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал, указав, что между Обществом и Предпринимателем 2 отсутствуют договорные отношения по возмещению затрат на уплату земельного налога. Поскольку занимаемая ответчиком часть земельного участка в установленном законом порядке за ним не зарегистрирована, следовательно, Предприниматель 2 не подпадает под категорию плательщика земельного налога. Таким образом у истца отсутствовала необходимость вносить земельный налог за Предпринимателя 2.
Не соглашаясь с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения иска в части взыскания неосновательного обогащения с Предпринимателя 2, апелляционный суд указал следующее.
Истцу на праве постоянного (бессрочного) пользования была предоставлен земельный участок. Предприниматель 2 являлся собственником ряда нежилых помещений в административном здании, расположенном на данном земельном участке, при этом право на земельный участок пропорционально площади занимаемых помещений в здании за ответчиком зарегистрировано не было.
Между истцом и собственниками помещений в здании было  заключено соглашение об определении долей в праве землепользования, которым определен порядок пользования земельным участком. Впоследствии распоряжением Департамента имущественных и земельных отношений участок предоставлен в общую долевую собственность за плату собственникам помещений в административном здании, в том числе истцу и ответчику.
Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №54 «О некоторых вопросах, возникших у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием земельного налога» плательщиком земельного налога является лицо, которое в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним указано как обладающее правом собственности, правом постоянного (бессрочного) пользования либо правом пожизненного наследуемого владения на соответствующий земельный участок.
Став собственником помещений в административном здании, ответчик вещных прав на часть земельного участка не зарегистрировал, в силу чего не мог быть плательщиком земельного налога. Апелляционный суд отметил, что исключительно в целях налогообложения, лицо должно признаваться плательщиком земельного налога с момента государственной регистрации вещного права на земельный участок.
Из пункта 13постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 №11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» следует, что если недвижимость находится на земельном участке, принадлежащем продавцу на праве постоянного (бессрочного) пользования, а покупателю согласно статье 20 Земельного кодекса РФ земельный участок на таком праве предоставляться не может, последний как лицо, к которому перешло право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком в связи с приобретением здания, строения, сооружения, может оформить свое право на земельный участок путем заключения договора аренды или приобрести его в собственность.
Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 23.03.2010 №11401/09, приобретение объектов недвижимости лицами, которым согласно статье 20 ЗК РФ земельный участок на праве постоянного (бессрочного) пользования предоставляться не может, накладывает на этих лиц обязанность до установленной законом  №137-ФЗ даты в соответствии с правилами статьи 36 ЗК РФ приобрести соответствующий земельный участок в собственность или аренду по своему выбору.
При таких обстоятельствах ответчик в любом случае обязан возместить истцу стоимость неосновательного обогащения.
С учетом изложенного апелляционный суд сделал вывод, что истец, уплатив земельный налог за весь земельный участок, был вправе истребовать у ответчика, собственника нежилых помещений, неосновательно сбереженные денежные средства, составляющие плату за пользование частью земельного участка, в связи с чем достаточные основания для отказа
в удовлетворении иска в указанной части у суда первой инстанции отсутствовали.
 
 
 
Собственник вправе требовать восстановления своих прав путем предъявления иска о прекращении использования адреса объекта недвижимости в качестве юридического адреса вне зависимости от предоставленного ранее, не оспоренного и не отозванного согласия на использование адреса (дело № А31-8968/2013)
Общество обратилось  в суд с иском к Ассоциации об обязании ответчика прекратить использовать нежилое помещение, принадлежащее Обществу, для осуществления связи с Ассоциацией.
Исковые требования мотивированы неправомерными действиями ответчика, выразившимися в пользовании спорным адресом для осуществления связи с юридическим лицом без правовых оснований.
Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что истец, являясь собственником здания, предоставил ответчику право использовать адрес объекта в качестве юридического адреса; истец не оспорил согласие на использование адреса и не заявил отказ от данного согласия.
Апелляционный суд с позицией суда не согласился, указав следующее.
Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица» собственник или иной законный владелец объекта недвижимости вправе обратиться в арбитражный суд с исковым требованием к юридическому лицу о прекращении использования соответствующего объекта недвижимости для целей осуществления связи с этим юридическим лицом. Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (статья 304 ГК РФ).
Истец, являясь собственником спорного здания, распорядился имуществом, предоставив ответчику право использовать адрес объекта в качестве юридического адреса Ассоциации.
Факт предоставления истцом адреса принадлежащего ему нежилого помещения под юридический адрес Ассоциации не означает, что адрес предоставлен ответчику в вечное пользование, следовательно, истец вправе в любое время предложить ответчику прекратить использование адреса Общества в качестве юридического адреса Ассоциации. Законодательством не предусмотрена процедура досудебного отказа от ранее данного согласия на использование адреса для осуществления связи с Обществом. Предъявление в суд искового заявления свидетельствует о воле истца, направленной на прекращение отношений по использованию адреса.
С учетом названных обстоятельств суд второй инстанции пришел к выводу, что оснований для отказа в удовлетворении исковых требований у суда первой инстанции не имелось, в связи с чем решение суда отменено.
Позиция апелляционного суда была поддержана окружным судом.
 
 
При рассмотрении арбитражным судом заявления конкурсного кредитора или уполномоченного органа, заявивших требование после закрытия реестра требований кредиторов, о неправомочности собрания кредиторов следует учитывать, что согласно пункту 4 статьи 12 Закона о банкротстве собрание кредиторов правомочно в случае, если на нем присутствовали конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, включенные в реестр требований кредиторов и обладающие более чем половиной голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов
(дело № А31-5880/2009)
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Предприятия Уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о признании неправомочным собрания кредиторов и признания решения этого собрания недействительным.
Определением суда первой инстанции требования Уполномоченного органа удовлетворены.
Проверяя законность принятого судебного акта, апелляционный суд установил следующее.
Согласно пункту 1 статьи 12 Закона о банкротстве участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, требования которых включены в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов.
В случаях, если в деле о банкротстве участвует единственный конкурсный кредитор или уполномоченный орган, решения, относящиеся к компетенции собрания кредиторов, принимает такой кредитор или уполномоченный орган.
На собрании присутствовали следующие кредиторы: представитель Уполномоченного органа (с требованиями, включенными в реестр требований кредиторов, как подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени) и Предприниматель (с требованиями, подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр).
Согласно протоколу собрания кредиторов должника представитель Уполномоченного органа присутствовал без права голоса, поскольку на дату проведения собрания в третьей очереди реестра числилась задолженность перед ним лишь по финансовым санкциям, которые в силу пункта 3 статьи 12 Закона о банкротстве для целей определения числа голосов на собрании кредиторов не учитываются.
Исходя из смысла статьи 142 Закона о банкротстве, конкурсные кредиторы или уполномоченные органы, заявившие свои требования после закрытия реестра требований кредиторов, не вправе голосовать на собрании кредиторов.
Требования Предпринимателя заявлены после закрытия реестра требований кредиторов.
Вместе с тем, по смыслу статьи 12 Закона о банкротстве в том случае, если требования заявлены всеми конкурсными кредиторами и уполномоченными органами после закрытия реестра требований кредиторов, указанные лица могут принимать решения, относящиеся к компетенции собрания кредиторов.
Однако, принимая во внимание, что на дату проведения собрания кредиторов должника в реестр требований кредиторов не были включены требования конкурсных кредиторов, имеющих право голоса на указанном собрании, а также то, что решения по всем вопросам повестки дня собрания приняты конкурсным кредитором - Предпринимателем, апелляционный суд пришел к выводу о том, что, в данном случае, конкурсные кредиторы, заявившие свои требования после закрытия реестра требований кредиторов должника (а именно: Предприниматель, поскольку является единственным конкурсным кредитором, обратившимся с требованиями после закрытия реестра), вправе принимать решения на собрании кредиторов Предприятия.
В ином случае проведение собраний кредиторов должника не имело бы смысла, поскольку на нем невозможно принять никаких решений.
Поскольку уполномоченный орган лишен права голоса в данной ситуации согласно прямому указанию закона, то, соответственно, данные ограничения не могут нарушать его права и законные интересы.
Вывод суда первой инстанции о том, что разъяснения абзаца шестого Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.12.2004 № 86 касаются лишь ситуации, когда все имеющиеся кредиторы и уполномоченные органы заявились после закрытия реестра, в том числе и по не голосующим санкциям, является неверным, поскольку, в данном случае, кредитор, который может обладать правом голоса на собрании кредиторов (имеет обоснованные требования по основному долгу) является единственным.
 С учетом изложенного суд второй инстанции отменил определение суда первой инстанции.
 
 
Вывод суда первой инстанции о несущественности нарушений, допущенных инициаторами проведения собрания и выразившихся в нарушении порядка созыва внеочередного собрания участников общества, не направлении участнику общества уведомления о проведении собрания, нельзя признать правомерным (дело № А31-13075/2013)
Участник общества суд с иском к Обществу о признании недействительным решения внеочередного общего собрания участников общества.
Суд первой инстанции установил, что отсутствуют доказательства участия истца в общем собрании, но счел, что истец знал о собрании, указанные нарушения закона не являются существенными, голосование истца не повлияло бы на факт принятия решений, не влечет неблагоприятные последствия для истца и не причинило ему убытки. Указанное послужило основанием для оставления оспариваемого решения судом в силе.
Апелляционный суд с позицией суда не согласился, указав следующее.
Исходя из смысла положений Закона об обществах с ограниченной ответственностью, регулирующих права и обязанности участников общества, и особенностей управления в таком обществе, нарушение порядка созыва внеочередного собрания участников общества, не направление участнику общества уведомления о времени и месте проведения внеочередного общего собрания расценивается в качестве существенного нарушения для такого вида хозяйственных обществ, как общество с ограниченной ответственностью.
Данный вывод согласуется с позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, высказанной в постановлении  от 30.10.2007 № 7769/07.
Кроме того, отсутствие оформленного в надлежащем виде извещения о повестке дня внеочередного общего собрания участников общества не позволяет прийти к выводу, что решения оспариваемого общего собрания участников общества были приняты по вопросам, надлежащим образом включенным в повестку дня данного собрания.
Вывод суда первой инстанции, о том, что о проведении общего собрания истец знал заранее, не основан на каких-либо достоверных доказательствах.
Доказательств участия на общем собрании истца материалы дела не содержат, что констатировано и судом первой инстанции.
Таким образом, оспариваемые решения, принятые по вопросам, не включенным в повестку дня данного собрания, в отсутствие истца, не имеют силы независимо от обжалования их в судебном порядке, является ничтожным решением, в связи с чем исковые требования истца подлежали удовлетворению.
 
Течение срока исковой давности по требованию о взыскании с публично-правового образования убытков, возникших в связи с принятием незаконного нормативного правового акта, начинается не ранее окончания финансового года, в котором должна была быть произведена компенсация выпадающих доходов в связи с принятием оспоренного нормативного акта (дело № А31-14256/2013)
Общество обратился в суд с исковым заявлением к Муниципальному образованию о взыскании денежных средств в счет возмещения убытков, возникших в связи с применением истцом нормативного правого акта, принятого ответчиком и признанного недействующим в судебном порядке.
Вместе с тем, ответчиком в суде первой инстанции заявлено о пропуске истцом срока исковой давности при обращении в суд.
Суд первой инстанции, рассмотрев данное заявление, пришел к выводу, что оно является обоснованным в части, поскольку о нарушении своих прав и законных интересов в связи с принятием ответчиком нормативного правового акта, устанавливающего норматив потребления коммунальной услуги для расположенных в муниципальном образовании домов, истец узнал незамедлительно после его принятия, в связи с чем удовлетворил исковые требования частично.
Не соглашаясь с выводом суда первой инстанции, апелляционный суд указал следующее.
Обществом заявлено исковое требование о взыскании с Муниципального образования за счет средств казны убытков, образовавшихся в связи с принятием незаконного нормативного правового акта.
Поскольку убытки истца должны возмещаться из муниципального бюджета, следовательно, при определении начала исчисления срока исковой давности необходимо руководствоваться Бюджетным кодексом  Российской Федерации.
В силу статьи 12 Бюджетного кодекса Российской Федерации финансовый год соответствует календарному году и длится с 1 января по 31 декабря.
По смыслу положений Бюджетного кодекса течение срока исковой давности по требованию о взыскании с публично-правового образования убытков, возникших в связи с принятием незаконного нормативного правового акта, начинается не ранее окончания финансового года, в котором должна была быть произведена компенсация выпадающих доходов в связи с принятием оспоренного нормативного акта, то есть с 1 января года, следующего за отчетным.
Данный вывод согласуется с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 26.05.2009 № 15759/08  и от 26.04.2011 № 17828/10.
Таким образом, о нарушении права на возмещение убытков, возникших в связи с принятием незаконного нормативного правового акта, примененного в 2010 году, Общество могло и должно было узнать по окончании финансового года - не позднее 01.01.2011, так как до указанной даты для публично-правового образования длится финансовый год, в течение которого осуществляется исполнение бюджетных обязательств.
Именно с этой даты в силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом требований статьи 12 Бюджетного кодекса Российской Федерации следует исчислять срок исковой давности по требованию, заявленному истцом.
Поскольку исковое заявление подано Обществом в арбитражный суд 24.12.2013, трехгодичный срок исковой давности, установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованию о взыскании убытков за 2010 год не истек.
На основании изложенного вывод арбитражного суда первой инстанции об истечении срока исковой давности по предъявленному истцом требованию за период с 01.03.2010 по 23.12.2010 включительно, признан судом апелляционной инстанции неправомерным.
С учетом изложенного апелляционным судом отменено решение суда первой инстанции в части как принятое  с неправильным применением норм материального права.
 
 
Вследствие неправильного применения норм материального права, выразившегося в неприменении положений пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса РФ, решение суда первой инстанции признано апелляционным судом необоснованным (дело № А31-11843/2013)
Общество обратилась в суд с иском о взыскании с Предприятия задолженности по оплате работ по ремонту скважины, выполненных в соответствии с договором подряда и процентов за пользование чужими денежными средствами.
 Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска отказано.
Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено по следующим основаниям.
Из материалов дела следует, что Предприятие (заказчик) и Общество (подрядчик) заключили договор, в соответствии с которым подрядчик выполнил работы, которые приняты Предприятием по акту без возражений и замечаний, но оплачены ответчиком частично.
Претензией Общество потребовало уплатить долг, но Предприятие отказалось сделать это, сославшись на то, что в целях устранения недостатков выполненных Обществом работ ответчик был вынужден заключить с Предпринимателем договор, цена которого зачтена Предприятием в счет уплаты долга.
В соответствии с частью 1 статьи 723 ГК РФ в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика безвозмездного устранения недостатков в разумный срок, соразмерного уменьшения установленной за работу цены или возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397 ГК РФ).
Между тем, договор подряда, заключенный между сторонами, не предусматривает право Предприятия устранять недостатки выполненных Обществом работ своими силами или поручать это третьим лицам, в связи с чем ответчик не имел на это права и, следовательно, не мог требовать возмещения ему расходов по оплате работ, которые были выполнены Предпринимателем.
Более того, вопреки статье 65 АПК РФ ответчик не представил доказательства причин выхода насоса из строя, как не представил и доказательства того, что выполнение Предпринимателем работ по договору находится в прямой причинно-следственной связи с ненадлежащим качеством выполненных Обществом работ. Не сообщив Обществу о выходе из строя насоса и устранив поломку последнего без привлечения истца, Предприятие лишило Общество возможности представить доказательства того, что насос вышел из строя по причинам, которые согласно пункту 2 статьи 755 ГК РФ исключают ответственность истца.
Таким образом, названные действия ответчика повлекли невозможность установления причин поломки насоса, в связи с чем доводы Предприятия о том, что Общество обязано возместить ответчику его расходы по оплате выполненного Предпринимателем ремонта насоса и сумма этих расходов правомерно зачтена Предприятием в счет погашения его долга перед истцом, не могут быть приняты во внимание.
При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали достаточные основания для отказа в удовлетворения исковых требований Общества о взыскании с Предприятия долга и, соответственно, процентов, начисленных истцом.
На основании изложенного апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции и удовлетворении требований истца.
 
 
 
5. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права  (ч.3 ст. 270 АПК РФ)
 
 
В силу части 1 статьи 109 АПК РФ эксперт, выполнивший свои обязанности, имеет право на оплату (дело № А31-5311/2010)
Суд первой инстанции при принятии решения по делу рассмотрел по существу вопрос об оплате за проведенную экспертизу и принял судебный акт, которым отказал в оплате экспертизы Экспертной организации 1.
Пересматривая дело в апелляционном порядке, суд второй инстанции, во -первых, указал на то, что Экспертной организации 1 и Экспертной организации 2  на разрешение были поставлены разные вопросы для исследования, поскольку исследование вопроса о стоимости конкретного имущества, индивидуализированного для целей экспертного исследования путем указания на место его нахождения, и исследование вопроса о стоимости аналогичного оборудования (с учетом лишь его марки) имеют различные предметы.
Во-вторых, апелляционный суд пришел к выводу, что в этой части решение суда основано на неправильном применении норм процессуального права. Учитывая, что в силу части 1 статьи 109 АПК РФ эксперт, выполнивший свои обязанности, имеет право на оплату, восстановление нарушенного права в данном случае возможно лишь путем отмены судебного акта.
Это  послужило основанием для отмены апелляционным судом решения суда первой инстанции как принятого  с неправильным применением норм процессуального права.
 
 
 
Суд первой инстанции неправомерно отказал Обществу во взыскании судебных расходов, так как судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (дело № А31-2381/2012)
Истец (Общество) обратилась в суд с заявлением о взыскании с ответчика (Предприниматель) судебных расходов.
Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявления отказано в связи с тем, что истец не является стороной, в пользу которой принято решение по делу.
Не соглашаясь с выводом суда первой инстанции, апелляционный суд указал следующее.
Установлено, что в данном случае у сторон имелись встречные однородные требования. Суд первой инстанции с учетом заявленных исковых требований по результатам рассмотрения исков произвел зачет удовлетворенных как в пользу истца, так и в пользу ответчика денежных требований в соответствии с процессуальными правилами.
Из судебного решения при разрешении первоначально заявленного иска следует, что иск Общества к Предпринимателю удовлетворен частично.
По общему правилу при частичном удовлетворении иска судебные расходы подлежат распределению между сторонами по делу пропорционально удовлетворенным требованиям. При этом в силу процессуальных норм какие-либо ограничения (в том числе, и совершение зачета судом встречных требований) при распределении расходов законодательно не установлены.
Основания считать, что судебные расходы не подлежат возмещению истцу в силу окончательного разрешения дела не в его пользу, у суда отсутствуют, так как, несмотря на то, что иски рассматривались в одном производстве по правилам рассмотрения первоначально заявленного и встречного исков, по каждому исковому требованию вынесено судебное решение, по результатам которого и подлежат распределению понесенные сторонами судебные расходы.
С учетом изложенного суд второй инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что заявление истца о возмещении судебных расходов удовлетворению не подлежит, в связи с чем изменил определение суда.
 
 
Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции о недоказанности факта относимости спорных судебных расходов истца к предмету спора по делу (дело № А31-10199/2013)
Агентство  обратился в арбитражный суд с иском  к Обществу  о взыскании задолженности по договору и судебных расходов, связанных с получением сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок и с ним.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены; в удовлетворении заявления в части взыскания с ответчика расходов, связанных с обращением истца в Управление о предоставлении выписки из ЕГРП, отказано со ссылкой на то, что спорные расходы не являются судебными издержками истца, поскольку не имеют отношения к предмету спора по рассматриваемому делу, который вытекает из договора цессии.
С указанным выводом суд апелляционной инстанции не согласился, поскольку сам по себе договор цессии не порождает для ответчика нового обязательства, в связи с чем юридически значимым обстоятельством для определения размера задолженности является, в том числе, факт правообладания квартирой в доме, управление которым осуществлял правопредшественник истца в спорный период.
С учетом полученных истцом сведений, им были уточнены исковые требования.
Указанное позволило суду апелляционной инстанции сделать вывод об относимости выписки из ЕГРП к рассматриваемому спору.
Апелляционный суд счел требование истца правомерным, а решение суда первой инстанции подлежащим отмене в части отказа истцу во взыскании с ответчика судебных расходов, связанных с предоставлением выписки из ЕГРП.
 
 
6. Рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участвующих в деле лиц, не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания  (п.2 ч.4 ст. 270 АПК РФ)
 
Основанием  к отмене судебного акта суда первой инстанции по делу № А31-6196/2013 послужилорассмотрение дела в судебном заседании, которое началось в отсутствие истца ранее назначенного времени и дальнейшее объявление перерыва, о котором суд не уведомил сторону, не присутствовавшую в судебном заседании, поскольку информацию о перерыве разместил в сети Интернет позднее (после оглашения резолютивной части решения) и не направлял ее телеграммой, телефонограммой, факсом или иным предусмотренным законом способом.
 
7. Принятие судом решение о правах и обязанностях лиц, не привлеченных  к участию в деле (п.4 ч.4 ст. 270 АПК РФ)
 
В рамках рассмотрения дела о сносе самовольно возведенного строения (дело № А31-9374/2012), граждане А., Б., В. обратились в суд с ходатайством о привлечении их к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в связи с тем, что заявителями заключен договор о финансировании (паевом участии) строительства указанного объекта недвижимости (индивидуального жилого дома), по которому они приобрели долю в праве общей собственности строительного объекта. Принятие решения сделает невозможным исполнение договорных обязательств ответчика по делу по строительству дома.
Определением суд первой инстанции в удовлетворении ходатайства указанных лиц отказал и решением удовлетворил исковые требования.
Второй арбитражный апелляционный суд отменил определение и решение суда первой инстанции и принял по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.
Пересматривая дело в апелляционном порядке, суд второй инстанции исходил из факта наличия подписанного договора о финансировании (паевом участии) строительства индивидуального жилого дома, по условиям которого граждане обязались передать денежные средства для реализации строительства спорного дома, и пришел к выводу, что непривлечение к участию в деле граждан А., Б., В., является безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, так как снос спорного объекта, на долю в котором претендуют граждане, напрямую затрагивает их интересы.
Одновременно апелляционный суд указал, что у суда первой инстанции имелись достаточные правовые и фактические основания для удовлетворения заявленных требований и признал правильными выводы о необходимости удовлетворения иска.
 
 
Также безусловным основанием для отмены апелляционным судом решения суда первой инстанции по делу № А31-10265/2011 послужило то, что  в деле о признании недействительной сделки по отчуждению недвижимого имущества и применении последствий недействительности суд не выяснил вопрос о существующих обременениях в отношении спорного имущества и не привлек к участию в деле в качестве третьего лица залогодержателя.
 
 
 
Отмены (изменения) судебных актов судом кассационной инстанции (ст. 288 АПК РФ) произведены по следующим основаниям
 
 
1. Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам
 
 
Дело направлено на новое рассмотрение, поскольку утвержденное судом первой инстанции мировое соглашение нарушает права и законные интересы собственников помещений в многоквартирном доме (дело № А31-10011/2013) 
Управляющая компания 1 обратилась в суд с иском к Обществу об обязании устранить недостатки работ по капитальному ремонту кровли жилого дома. К участию в деле привлечено третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора.
Утвердив мировое соглашение, суд первой инстанции исходил из того, что условия мирового соглашения не противоречат действующему законодательству и не нарушают права и законные интересы третьих лиц.
Окружной суд счел, что судебный акт  подлежит отмене в силу следующего.
Из материалов дела следует, что данный спор возник в связи с необходимостью устранения ответчиком недостатков работ по капитальному ремонту кровли жилого дома.
Право собственности на общее имущество многоквартирного дома на основании статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации может принадлежать только собственникам помещений в этом доме, но не управляющей компании как юридическому лицу.
При предъявлении в арбитражный суд исков о защите прав в отношении общего имущества в многоквартирном доме, а также при отказе от иска или заключении мирового соглашения управляющая компания не может иметь самостоятельного экономического интереса, отличного от интересов собственников, и уполномочена действовать лишь в интересах собственников помещений в доме, которые и являются материальными истцами по делу.
Управляющая компания участвует в подобных делах в качестве законного представителя собственников помещений, которые должны предоставить ей право на обращение в суд и утверждение мирового соглашения.
Мировое соглашение, представленное в материалы дела, подписано представителем Управляющей компании 1.
Заявитель (третье лицо) представил документы, согласно которым жители многоквартирного дома за месяц до заключения спорного мирового соглашения заключили договор управления с Управляющей компанией 2. Кроме того, решением общего собрания собственников помещений управляющей компании, действовавшей от интересов собственников на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции (Управляющей компании 1), запрещено заключать мировое соглашение.
С учетом изложенного окружным судом сделан вывод о том,  спорное мировое соглашение нарушает права и законные интересы собственников помещений в многоквартирном доме.
 
 
2. Нарушение или неправильное применение
норм материального права
 
         В силу принципа единства земельных участков и прочно связанных с ними объектов, установленным подпунктом 5 пункта 1 статьи 1  Земельного кодекса РФ, собственники объектов недвижимости обладают исключительным правом на землепользование в соответствии со статьей 271 Гражданского кодекса РФ (дело № А31-6818/2012)
Прокурор обратился в арбитражный суд к Администрации района, Комитету земельных отношений района, Федерации профсоюзов России, Федерации профсоюзов области, Обществу и  Предпринимателю  с иском о признании недействительным договора купли-продажи земельных участков, о применении последствий его недействительности и об обязании возвратить в казну области спорные земельные участки; а также о признании недействительным постановления администрации.
К участию в деле в качестве третьего лица привлечен Департамент имущества области, который предъявил самостоятельные требования о признании права собственности на спорные земельные участки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения.
Удовлетворяя иск частично, суд первой инстанции исходил из того, что отчужденные земельные участки являются объектом собственности субъекта Российской Федерации и относятся к землям особо охраняемых природных территорий, которые ограничены в обороте и не могут предоставляться в частную собственность, поэтому должны быть возвращены надлежащему собственнику в порядке реституции. Применение судом последствий недействительности ничтожной сделки исключает удовлетворение виндикационного требования Департамента имущества. По требованию о признании недействительным ненормативного правового акта органа местного самоуправления суд применил срок исковой давности.
Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что защита прав собственника имущества, приобретенного третьим лицом у неправомочного отчуждателя, должна осуществляться путем предъявления виндикационного иска. Применив последствия недействительности сделки купли-продажи, суд первой инстанции фактически удовлетворил требования Департамента имущества об истребовании земельных участков из чужого незаконного владения, поэтому суд второй инстанции изменил судебный акт суда первой инстанции в части исключения из резолютивной части ссылки на применение реституции, а именно: из резолютивной части решения исключен абзац, содержащий указание о применении последствий недействительности ничтожной сделки.
Проверяя законность судебных актов судов двух инстанций, кассационный суд констатировал следующее.
Суды обеих инстанций оценили представленные в материалы дела доказательства и пришли к ошибочному выводу об отсутствии каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии правовых оснований для владения Федерацией профсоюзов области спорными земельными участками на момент их истребования, и обязали возвратить земли, выбывшие помимо воли из владения области.
Вместе с тем суды не учли, что Федерация профсоюзов области является собственником объектов недвижимости, расположенных на истребованных земельных участках, поэтому в силу принципа единства земельных участков и прочно связанных с ними объектов (подпункт 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации) она обладает исключительным правом на землепользование (статья 271 Гражданского кодекса Российской Федерации), в силу чего возврат этих участков Департаменту имущества в порядке статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации невозможен.
С учетом изложенного окружной суд счел неправомерным удовлетворение судами первой и второй инстанций указанного виндикационного требования.
Названные обстоятельства послужили основанием для отмены судом округа судебных актов двух инстанций в части истребования из чужого незаконного владения Федерации профсоюзов области земельных участков и для принятия в этой части нового судебного акта об отказе в удовлетворении поименованного требования.
 
 
Если имущество выбыло из владения собственника в результате совершения нескольких сделок, то признанию недействительной подлежит только первая сделка, а в остальном требования подлежат квалификации по статьям 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как у лица, у которого имущество выбыло из владения, нет права на оспаривание второй и третьей сделок, а требование не может быть реституционным (дело № А31-7020/2012)
Исковые требования по данному делу являются схожими с требованиями по делу №  А31-6818/2012.
Так, Прокурор обратился в арбитражный суд к Администрации района, Комитету земельных отношений района, Федерации профсоюзов России, Федерации профсоюзов области с иском о признании недействительным договора купли-продажи земельных участков, заключенного между Администрацией района и Федерацией профсоюзов России и области, о применении последствий его недействительности и об обязании возвратить в казну области спорные земельные участки; а также о признании недействительным постановления администрации.
К участию в деле в качестве третьего лица привлечен Департамент имущества области, который предъявил самостоятельные требования о признании права собственности на спорные земельные участки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения.
Удовлетворяя иск частично, суды обеих инстанций исходили из того, что отчужденные земельные участки являются объектом собственности субъекта Российской Федерации и относятся к землям особо охраняемых природных территорий, которые ограничены в обороте и не могут предоставляться в частную собственность, поэтому должны быть возвращены надлежащему собственнику в порядке реституции. Применение судом последствий недействительности ничтожной сделки исключает удовлетворение виндикационного требования Департамента имущества. По требованию о признании недействительным ненормативного правового акта органа местного самоуправления суд применил срок исковой давности.
Согласившись с  выводом судов о  признании договора купли-продажи земельных участков  ничтожным, кассационный суд указал следующее.
Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ общим последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон всего полученного по сделке (реституция).
Однако, применив последствия недействительности ничтожной сделки в виде признания ничтожными отдельных пунктов договора пожертвования, заключенного между Федерацией профсоюзов России и Федерацией профсоюзов области, возврата от Федерации профсоюзов области земель в казну области, суды не учли следующее.
Действующее законодательство не предусматривает таких последствий недействительности ничтожной сделки, как признание недействительными последующих совершенных с имуществом сделок и возврат имущества путем применения реституции по цепочке этих сделок.
Применение последствий недействительности сделки возможно только в отношении сторон этой сделки. Область в лице уполномоченного органа не являлась стороной договора купли-продажи, признанного судом ничтожным, а потому ее права не могут быть защищены путем удовлетворения иска с использованием правового механизма, установленного в пунктах 1 и 2 статьи 167 ГК РФ.
В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. 
Если имущество приобретено у лица, которое не имело права отчуждать его, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя. Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301 и 302 ГК РФ.
Следовательно, если имущество выбыло из владения собственника в результате совершения нескольких сделок, то признанию недействительной подлежит только первая сделка, а в остальном требования подлежат квалификации по статьям 301 и 302 ГК РФ, так как у лица, у которого имущество выбыло из владения, нет права на оспаривание второй и третьей сделок, а требование не может быть реституционным.
 Таким образом, права лица, считающего себя собственником спорного имущества, подлежали защите путем заявления виндикационного иска Департамента, в удовлетворении которого суды необоснованно отказали без установления обстоятельств, имеющих существенное значение для его правильного разрешения.
С учетом изложенного решение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменено окружным судом в части применения последствий недействительности ничтожной сделки купли-продажи земельных участков и в части отказа в удовлетворении требования Департамента имущества области об истребовании имущества из чужого незаконного владения
 
Суды обеих инстанций пришли к ошибочному выводу о том, что спор не подлежит рассмотрению по нормам о неосновательном обогащении, и применили нормы статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (дело № А31-5032/2013)
Администрация города обратилась в суд с иском к Обществу о взыскании убытков и процентов.
Исковые требования мотивированы тем, что состоявшимся решением суда по другому делу с Администрации города как арендатора (субарендодатель по анализируемому делу) в пользу арендодателя взыскано неосновательное обогащение в размере платы за пользование земельным участком и процентов за пользование чужими денежными средствами. Данные убытки субарендодателю  должен компенсировать субарендатор (Общество), который не исполнил обязанность по внесению платы за пользование спорным участком по договору субаренды. Общество в спорный период использовало земельный участок для целей, которые были определены договором субаренды, однако оплату в установленном порядке не осуществляло, а сумма, взысканная с истца, является убытками, причиненными ответчиком в результате бездействия и ненадлежащего исполнения обязательств по внесению платы за пользование земельным участком по договору субаренды.
Суды обеих инстанций пришли к выводу, что сумма неосновательного обогащения, взысканная с Администрации города по решению суда по другому делу, является для истца убытками, причиненными ответчиком вследствие его бездействия по перечислению арендных платежей по договору субаренды. Требование о взыскании убытков в виде процентов, взысканных по тому же решению, не подлежит удовлетворению, поскольку данная сумма взыскана в качестве испрашиваемой меры ответственности и не связана с действиями ответчика в деле.
Окружной суд счел, что судебный акт  подлежит отмене в силу следующего.
Суды обеих инстанций пришли к ошибочному выводу, что спор не подлежит рассмотрению по нормам о неосновательном обогащении, и применили нормы статьи 15 ГК РФ.
Правовая природа убытков и неосновательного обогащения различна.
Сам по себе факт взыскания в судебном порядке с Администрации города неосновательно сбереженных денежных средств подтверждает лишь противоправность владения ими, однако не является основанием для их квалификации в качестве убытков.
Возврат Администрацией города стоимости неосновательного обогащения не может в силу правовой природы являться расходами, произведенными для восстановления нарушенного права.
Кроме того, апелляционным судом по другому делу установлено, что в договоре аренды отсутствуют данные, позволяющие идентифицировать объект арендных правоотношений, в связи с чем данный договор является незаключенным.
Договор субаренды является производным от договора аренды и не может считаться заключенным при признании незаключенным договора аренды.
Если суд при рассмотрении дела устанавливает, что договор недействителен, к отношениям сторон применяются нормы о неосновательном обогащении, как при возмещении стоимости неотделимых улучшений, произведенных субарендатором, так и при возврате внесенных арендных платежей.
Суды обеих инстанций при выводе о наличии вины Общества в части установления факта использования земельного участка ссылаются на материалы дела, в котором Общество участвовало в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.
Вывод апелляционного суда по указанному делу не является преюдициальным в части установления факта использования ответчиком спорного земельного участка. Данным судебным актом довод Администрации города о том, что фактическим пользователем спорного земельного участка являлось Общество, признан несостоятельным, поскольку документально не подтверждены ни правомерность возникновения субарендного пользования, ни использование спорного земельного участка в деятельности Общества.
Судами не дана надлежащая правовая оценка обстоятельствам, установленным решением районного суда об обязании приостановить деятельность Общества по ведению работ на спорном земельном участке.
Это  послужило основанием для отмены окружным судом решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неправильным применением норм материального права.
При новом рассмотрении дела суду необходимо определить характер спорных отношений, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам, установить обстоятельства, имеющие существенное значение для дела.
 
 
Ответчик имеет надлежащие правовые основания для получения арендной платы по договору аренды лесного участка в сумме с учетом применения первого и второго разряда такс, поскольку при заключении договора стороны сделки согласовали применение этих разрядов такс. Окончательная цена аукционной единицы (ежегодный размер арендной платы) не может быть уменьшена (дело № А31-9460/2011)
Общество (арендатор) обратилось в суд  к Департаменту (арендодатель) с иском о взыскании суммы неосновательного обогащения из-за ошибочного применения разряда такс,  суммы неосновательного обогащения из-за незаконного установления повышающего коэффициента и процентов за пользование чужими денежными средствами.
Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично.
Апелляционный суд согласился с позицией суда первой инстанции.
Проверяя законность судебных актов судов двух инстанций, кассационный суд пришел к следующим выводам.
С учетом требования заключения договоров аренды лесного фонда на торгах указанные правила предполагают, что государство устанавливает лишь минимальный размер арендной платы, а окончательный размер платежа определяется с учетом результатов аукциона и условий заключенного договора аренды.
Организатор торгов определил, что начальная цена аренды выставляемого на торги лесного участка составляет сумму, которая исчисляется как произведение ставки платы за единицу объема лесных ресурсов на объем изъятия лесных ресурсов, а также на повышающий коэффициент 1,92, который включен в качестве договорного условия и в договор аренды.
Таким образом, подписав договор аренды в указанной редакции, арендатор принял на себя обязательство оплачивать арендные платежи не по минимальным ставкам, а с применением повышающего коэффициента (статьи 309 и 421 ГК РФ).
Суды первой и апелляционной инстанций сделали обоснованный вывод о наличии оснований для применения повышающего коэффициента 1,92 и об отсутствии неосновательного обогащения Департамента в данной части.
Суды пришли к необоснованному выводу о том, что применение Департаментом первого и второго разряда такс при расчете арендной платы по договору аренды неправомерно, в связи с чем требование о взыскании суммы неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на указанную сумму неосновательного обогащения, является законным и обоснованным.
Суды указали, что с учетом удаленности арендуемых лесных кварталов от погрузочного пункта следует применять пятый и шестой разряды такс, тогда как арендная плата рассчитана неправильным выбором первого и второго разрядов такс.
Из представленных в материалы дела документов следует и сторонами не оспаривается, что начальная цена аренды выставляемого на торги лесного участка определена исходя из первого и второго разрядов такс.
Ставки платы за единицу объема древесины лесных насаждений в зависимости от удаленности арендуемых лесных кварталов от погрузочного пункта (разряды такс) установлены Постановлением Правительства РФ от 22.05.2007 № 310 «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности».
Заключив договор аренды, Общество познакомилось с аукционной документацией, в которой были указаны расположение участка и начальная цена аренды.
Следовательно, о применении при расчете платы за единицу площади лесного участка первого и второго разряда такс Обществу было известно.
Если предметом аукциона являлась арендная плата, то по результатам проведения аукциона заключается договор аренды лесного участка, в котором размер арендной платы определяется по цене предложенной победителем (статьи 74-80 Лесного кодекса РФ, статья 447 ГК РФ).
Исходя из целей проведения аукциона и положений части 2 статьи 74 Лесного кодекса недопустимо дальнейшее изменение арендной платы в сторону уменьшения, так как обратное приведет к нарушению прав иных участников аукциона, предлагавших меньшую сумму, чем победитель.
Из протокола аукциона по продаже права на заключение договора аренды лесного участка, находящегося в государственной собственности следует, что предметом аукциона (аукционной единицей) являлся ежегодный размер арендной платы за использование лесного участка. Окончательная цена аукционной единицы (ежегодный размер арендной платы) в силу приведенных норм права не может быть уменьшена.
Это  послужило основанием для отмены окружным судом решения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда в части.
 
 
Отменяя решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, окружной суд указал на ошибочность выводов судов о наличии оснований для  применения нормы об исковой давности и поскольку заявление о признании сделки недействительной не было предметом рассмотрения судами обеих инстанций, дело направлено на новое рассмотрение (дело №  А31-4210/2010)
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Предпринимателя (должник) конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании договора дарения недействительным. Требование мотивировано тем, что спорный договор заключен с заинтересованным лицом с целью причинения вреда, при наличии признаков злоупотребления правом со стороны Предпринимателя и  после заключения договора дарения должник продолжал пользоваться имуществом, переданным по договору.
Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, суд отказал в удовлетворении требований.
Судебные инстанции пришли к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для предъявления требования о признании сделки недействительной, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
Также судебные инстанции не усмотрели признаков мнимости оспоренного договора либо злоупотребления правом со стороны Предпринимателя.
Кассационный суд с позицией судов двух инстанций не согласился по следующим основаниям.
Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего по мотиву пропуска срока исковой давности, суды двух инстанций не учли, что одариваемый, на которого в силу статьи 65  АПК РФ возлагается бремя доказывания обстоятельств, приведенных им в заявлении о пропуске срока исковой давности, не представил какие-либо доказательства того, что первоначально утвержденному конкурсному управляющему было известно о заключении договора дарения.
Применив норму об исковой давности, суды исходили из того, что после открытия конкурсного производства в отношении должника первоначально утвержденным конкурсным управляющим предпринимались меры для получения необходимой информации о деятельности предпринимателя. Сопоставив перечень имущества, указанного в соглашении о разделе общего имущества супругов, и имущества, права на которое зарегистрированы за должником, конкурсный управляющий должен был узнать о наличии оснований для оспаривания договора дарения уже в 2011 году.
Окружной суд констатировал, что выводы суда не соответствуют приведенным доказательствам, поскольку в них отсутствуют сведения о том, что оспариваемый договор заключен в период подозрительности, носит безвозмездный характер, одариваемый является сыном должника.
Из материалов дела следует, что новый конкурсный управляющий должника не мог узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания оспариваемой сделки недействительной ранее получения соответствующей информации из Управления Росреестра.
При указанных обстоятельствах суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для применения последствий истечения срока исковой давности.
В связи с чем окружной суд указал следующее: поскольку заявление о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 103 Закона о банкротстве, не было предметом рассмотрения судов обеих инстанций, определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение.
 
 

 



[1]Анализ подготовлен заместителем председателя Арбитражного суда Костромской области Семеновым А.И. и и.о. начальника отдела информационно-аналитической работы и делопроизводства Викторовой О.Ю; одобрен постановлением Президиума Арбитражного суда Костромской области от 01.10.2014 № 5.
Сервис временно не доступен