Актуальные вопросы определения компетенции в практике АСКО

Романов Виктор Николаевич
заместитель председателя
Арбитражного суда Костромской области

Актуальные вопросы определения компетенции
арбитражного суда на рассмотрение спора
(свободный анализ)

I. Критерии установления явной неподведомственности споров арбитражным судам.

При формулировании соответствующих критериев Арбитражный суд Костромской области исходит из того, что явный - это совершенно очевидный[1], а следовательно, в анализ не включены случаи, когда отсутствие компетенции арбитражного суда в разрешении того или иного спора не столь очевидно и требует специального исследования.

Спор не носит экономического характера, то есть не нарушаются права и законные интересы сторон в сфере экономической деятельности, не возлагаются какие-либо обязанности в этой сфере, не создаются иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Это главный критерий установления явной неподведомственности споров арбитражному суду, который последовательно проведен через весь АПК РФ, то есть относится как к спорам, возникшим из гражданских правоотношений, так и к спорам, возникшим из публичных правоотношений. Между тем понятие экономической деятельности законодателем не сформулировано, следовательно, оно является оценочной категорией. Таким образом, для определения характера спорного правоотношения следует исходить из анализа его элементов и таким путем устанавливать его истинную принадлежность[2].

Судебно-арбитражная практика содержит немало случаев, когда арбитражные суды прекращают производство по делу применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ в связи с тем, что характер спора не позволяет отнести его к числу экономических, как правило, это споры, возникшие из трудовых, семейных и наследственных правоотношений. Проиллюстрируем это на конкретных примерах.

Так, в практике имели место дела о признании недействительными приказов единоличных исполнительных органов хозяйственных обществ и товариществ (генеральных директоров, директоров, президентов), которые касались выплаты истцам заработной платы. Все эти дела обоснованно были прекращены производством, поскольку спорные правоотношения возникли исключительно из трудовых правоотношений[3].

Также к трудовым относит судебно-арбитражная практика споры о понуждении бывших руководителей организаций передать те или иные материальные ценности и документы (печати, бухгалтерскую документацию и т.п.) новому руководителю организации[4], дела об оспаривании отраслевого тарифного соглашения[5], споры, возникшие между бывшим работником и работодателем вследствие расторжения ими трудового договора и возникновения у бывшего работодателя обязанности предоставить бывшему работнику гарантии и компенсации по сохранению среднего месячного заработка в течение определенного времени после увольнения[6], споры между работодателем и инспекцией труда относительно нарушений трудового законодательства[7].

Согласно материалам дела № А43-5225/2006 между истцом и ответчиком возник спор о праве собственности на спорные акции, ранее принадлежавшие их умершему отцу - акционеру общества. Суд, установив, что спор возник из наследственных правоотношений, его прекратил[8].

В другом деле, также прекращенном производством, спор между сторонами возник в связи с выполнением ответчиком строительных работ в квартире истца. Из искового заявления и существа сложившихся правоотношений прямо следовало, что ни истец, ни ответчик индивидуальными предпринимателями не являются и спор возник в связи с удовлетворением бытовых потребностей заявителя[9].

Организация - ответчик ликвидирована в установленном порядке на момент обращения истца в арбитражный суд.

В этом случае отсутствует необходимый в соответствии с частью 2 статьи 27 АПК РФ для отнесения спора к числу рассматриваемых арбитражными судами состав его участников, а именно: организации, являющейся юридическим лицом, против которой может быть вынесено решение.

Названные случаи явной неподведомственности дел арбитражным судам имеют место в ситуациях, когда исключенная на момент подачи иска из единого государственного реестра юридических лиц организация - ответчик ранее была зарегистрирована в качестве юридического лица в регионе, территория которого по правилам территориальной подведомственности относится к компетенции арбитражного суда соответствующего субъекта Российской Федерации. В данном примере юридическое лицо было зарегистрировано на территории Нижегородской области, а следовательно, решение о его принудительной ликвидации, в том числе в порядке процедур несостоятельности (банкротства), принимал Арбитражный суд Нижегородской области. А раз так, то информация о таких судебных решениях имеется в электронной базе данных этого суда и может быть легко почерпнута из нее уже на стадии принятия иска (заявления) к производству.

В рамках дела № А43-6568/2006 иск акционерного общества к муниципальному предприятию о взыскании задолженности за оказанные и потребленные услуги электросвязи было подано в арбитражный суд 10.04.2006. Между тем муниципальное предприятие было ликвидировано по решению суда еще 13.12.2005, о чем внесена соответствующая запись в единый государственный реестр юридических лиц. Определением от 31.05.2006 дело было прекращено применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Остальные случаи явной неподведомственности дел арбитражным судам являются частными, поскольку выработаны судебной практикой, то есть применительно к конкретным случаям.

В частности, арбитражному суду неподведомственны споры о создании, реорганизации и ликвидации, а также об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации таких некоммерческих организаций как общественные объединения и организации[10], политические партии, общественные фонды, религиозные объединения. Соответствующие разъяснения даны в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 09.12.2002 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие АПК РФ». Так, определением 15.04.2005 суд прекратил производство по делу № А43-3608/2005 о ликвидации общественного фонда.

В то же время стоит отметить, что, по нашему мнению, нельзя говорить о неподведомственности арбитражным судам подобных споров в отношении всех видов некоммерческих организаций, ибо деятельность многих из них существенным образом связана с предпринимательством. Например, учреждения. Большинство государственных и муниципальных учреждений, особенно созданных в сфере проведения научных исследований и образования, осуществляют предпринимательскую и иную экономическую деятельность, право на занятие такой деятельностью специально оговаривается публичным собственником в их учредительных документах, поскольку зачастую это вопрос выживания таких организаций. Кроме того, проводимая в области науки и образования реформа прямо предусматривает активное участие научно-исследовательских институтов и учреждений высшей школы в экономике, подготовке соответствующих исследований и специалистов для той или иной сферы бизнеса главным образом на коммерческой основе.

Кроме того, неподведомственен арбитражному суду административный спор о взыскании, связанный с применением налогового и пенсионного законодательства, а также законодательства по социальному страхованию, и возникший между соответствующими органами публичной власти (налоговыми органами, территориальными органами Пенсионного фонда России и Фонда социального страхования России) и отдельными адвокатами[11]. Аналогичное правило действует и применительно к подобным спорам между приведенными государственными органами и нотариусами.

Прекращая производство по делу № А43-29403/2005, суд указал, что поскольку адвокатская деятельность в силу пункта 2 статьи 1 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» не является предпринимательской, спор между территориальным органом Пенсионного фонда России и адвокатом как гражданином о взыскании с последнего штрафа за непредставление в установленные сроки сведений, необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования, арбитражному суду неподведомственен[12].

В другой раз судом было прекращено производство по делу по иску территориального органа Фонда социального страхования России о взыскании с нотариуса штрафа за нарушение срока представления отчетности. При принятии соответствующего определения[13] суд исходил из положений пункта 50 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.02.2001 № 5 «О некоторых вопросах применения части первой НК РФ».

В рамках еще одного дела был заявлен иск о признании недействительным мирового соглашения, заключенного и утвержденного в рамках иного гражданского дела. Прекращая производство по делу, суд указал, что пересмотр достигнутого сторонами мирового соглашения не может быть осуществлен путем предъявления гражданского иска. В данном случае надлежащим способом защиты будет обжалование в процессуальном порядке определения о прекращении производства по делу в связи с утверждением мирового соглашения[14].

Наиболее характерными являются случаи прекращения производства по делам, возбужденным при обращении налоговых органов и территориальных органов Пенсионного фонда РФ в суд после 31.12.2005 с заявлениями о взыскании налогов, страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и санкций, которые в соответствии с Федеральным законом от 04.11.2005 № 137-ФЗ взыскиваются названными органами самостоятельно.

АПК РФ не относит к компетенции арбитражных судов также споры по поводу выделения средств из бюджетов различных уровней или их перераспределения.

Например, было прекращено производством дело по иску муниципального унитарного предприятия к финансовому управлению администрации города Костромы о взыскании суммы недофинансирования в 2000-м финансовом году из городского бюджета на покрытие убытков по услугам банно - прачечного хозяйства города[15].

II. Проблемные вопросы определения подведомственности.

1. В практике Арбитражного суда Костромской области имеют место случаи, когда:

• - третьи лица, оспаривая сделку на предмет ее действительности либо требуя применения последствий ее недействительности, не указывают в числе ответчиков всех участников соответствующей сделки. Как правило, речь идет о ситуациях, когда одним из участников сделки выступает физическое лицо, не обладающее статусом индивидуального предпринимателя;
• - кредиторами предъявляются иски о взыскании задолженности с учреждений непосредственно к субсидиарному должнику без предъявления иска к учреждению (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 21);
• - предъявляются иски о взыскании к публично-правовому образованию, когда в иске в качестве ответчика указан орган, не являющийся главным распорядителем бюджетных средств и не имеющий в связи с этим право выступать в суде от имени соответствующего публично-правового образования (абзац третий пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 23);
• - заявляются исковые требования, по сути оспаривающие зарегистрированное право на недвижимость, без привлечения к делу правообладателя такого права (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.09.2003 № 8093/03 и от 14.10.2003 № 4849/03). Здесь также имеют место ситуации, когда правообладателем является физическое лицо - не предприниматель, например, домовладельцы в многоквартирном жилом доме.

По общему правилу, истцы игнорируют требования суда об уточнении состава ответчиков. В редких случаях они соглашаются на привлечение соответствующих физических лиц в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора. Между тем процессуальный статус третьих лиц, без самостоятельных требований, объективно не равен статусу стороны и не обеспечивает должный уровень защиты.

По нашему мнению, в этих и подобных им случаях суд должен либо привлечь другого ответчика по собственной инициативе вопреки воле истца, поскольку участие другого ответчика в таком деле в силу закона является обязательным (абзац второй части 2 статьи 46 АПК РФ) и, установив его некоммерческий статус, прекратить производство по делу по пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ. Либо, установив, что решением по делу автоматически будут затронуты права физических лиц, прекратить производство по делу без предварительного привлечения этих лиц в качестве других ответчиков. Практика Арбитражного суда Костромской области склоняется ко второму варианту (определение Арбитражного суда Костромской области от 31.10.2005 и постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 10.02.2006 по делу № А31-7062/2005-17, определение Арбитражного суда Костромской области от 25.12.2008 по делу № А31-3240/2008-24).

2. Органы публичной власти провели ряд торгов на право на заключение договоров аренды земельных участков из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для индивидуального жилищного строительства. Победителем торгов признаны исключительно граждане, с которыми в последующем были заключены целевые договоры аренды земельных участков.

Указанные граждане обратились в территориальный орган Росрегистрации с заявлениями о регистрации названных договоров аренды и получили отказ.

Данный отказ часть граждан оспорило в судах общей юрисдикции, другая часть обратилась за судебной защитой в арбитражный суд, считая достаточным сослаться на наличие на момент участия в торгах и подписания договора аренды статуса индивидуального предпринимателя.

При разрешении вопроса о компетенции арбитражного суда рассматривать названные споры суд исходил из двух критериев. Во-первых, предприниматели хотя и имели этот статус, но участвовали в торгах и при заключении договоров аренды как физические лица, не акцентируя внимание на коммерческий статус. Во-вторых, торги и договоры аренды являлись целевыми, не связанными с предпринимательской и иной экономической деятельностью. В итоге суд прекратил производство по названным делам (например, дело № А31-4636/2008-17).

3. Также в практике возник вопрос о подведомственности арбитражному суду споров о признании права общей долевой собственности домовладельцев на внутридомовое недвижимое имущество и споров об устранении недостатков, допущенных заказчиком (застройщиком) при строительстве жилого дома в случаях, когда в качестве истца выступает товарищество собственников жилья на основании соответствующего решения общего собрания домовладельцев. Вопрос возник в связи с особым правовым статусом товарищества собственников жилья.

Согласно одной правовой позиции такие споры подведомственны арбитражным судам на основании пункта 2 статьи 291 ГК РФ, пункта 1 статьи 135, пунктов 7, 8 статьи 138 Жилищного кодекса Российской Федерации, в силу которых к целям деятельности товарищества собственников жилья отнесены представительские функции по защите общих интересов собственников жилья, в том числе в судебных органах. Другими словами, товарищества собственников жилья не имеют собственных интересов, отдельных от интересов членов товарищества, и выступают в делах в качестве законного представителя собственников жилых и нежилых помещений, находящихся в жилом доме. Кроме того, действующее законодательство не предусматривает реализацию прав на общее имущество, находящееся в собственности участников товарищества собственников жилья непосредственно самими членами объединения (постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.09.2006 по делу № А29-1153/2005-2э, постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 22.10.2008 № Ф09-7685/08-С6 по делу № А07-10825/07, постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.10.2008 по делу № А56-2451/2008).

Судебная практика по делам, в рамках которых товарищества собственников жилья обращаются с исками к заказчикам (застройщикам) об устранении допущенных при строительстве многоквартирных домов и выявленных в процессе их эксплуатации недостатков, свидетельствует о том, что, при наличии доказательств приема-передачи жилого дома в эксплуатацию от заказчика (застройщика) товариществу собственников жилья, последнее вправе обратиться в суд с иском в защиту имущественных прав своих членов в порядке, предусмотренном в статье 4 АПК РФ, поскольку является законным представителем собственников жилых и нежилых помещений, находящихся в доме, а заказчик (застройщик) - лицом, несущим ответственность перед товариществом собственников жилья за недостатки выполненных работ в силу осуществления им в ходе строительства жилого дома функций по техническому надзору и приемке выполняемых подрядчиком работ (постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 24.10.2007 по делу № А82-366/2007-36, постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.10.2008 по делу № Ф04-6237/2008(14628-А46-45), постановления Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 29.10.2008 по делу № А55-2129/2007 и от 04.09.2008 по делу № А65-29327/07, постановления Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.11.2006 по делу № А44-908/2005-5 и от 31.08.2007 по делу № А66-7189/2006, постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.03.2008 по делу № Ф08-907/2008, постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 11.12.2008 № Ф09-9245/08-С4).

Другая правовая позиция сводится к тому, что раз в данном случае товарищество собственников жилья лишь законный представитель домовладельцев, то стороной по делу являются сами домовладельцы в лице товарищества. Поскольку по общему правилу домовладельцы это граждане - не предприниматели, то гражданско-правовые споры о признании вещного права неподведомственны арбитражным судам по субъектному критерию.

4. В практике рассмотрения споров о признании недействительными актов Федеральной службы финансово-бюджетного надзора, принятых указанным органом в пределах предоставленных законом полномочий, встречаются дела о признании недействительными предписаний (представлений), мотивировочная часть которых содержит описание фактов нецелевого использования средств федерального бюджета, а резолютивная часть содержит фразы общего характера (типа «предлагаем не допускать нарушений действующего законодательства» или «не допускать нецелевого использования средств федерального бюджета»). В связи с этим возникает вопрос, могут ли быть охарактеризованы подобные предписания (представления) Федеральной службы финансово-бюджетного надзора, как нарушающие права субъектов, в отношении которых проводилась проверка, и, соответственно, подлежат ли оспариванию такие ненормативные акты в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 5.14.3 Положения о Федеральной службе финансово-бюджетного надзора, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 05.06.2004 № 278, в целях реализации полномочий в установленной сфере деятельности Росфиннадзор имеет право направлять в организации, в отношении которых проводилась проверка финансово-хозяйственной деятельности, их вышестоящие органы обязательные для рассмотрения представления или обязательные к исполнению предписания по устранению выявленных нарушений. Аналогичная норма предусмотрена в пункте 5.14.7 Положения о территориальных органах федеральной службы финансово-бюджетного надзора, утвержденного приказом Министерства финансов РФ от 11.07.2005 № 89н.

Пунктом 1 Порядка сокращения лимитов бюджетных обязательств главным распорядителем средств федерального бюджета, установленного Федеральной службой финансово-бюджетного надзора и Счетной палатой Российской Федерации (утв. приказом Минфина РФ от 26.12.2005 № 162н) предусмотрено, что Росфиннадзор ежемесячно, до 20 числа месяца, следующего за отчетным, оформляет и направляет в соответствующий департамент Министерства финансов РФ сводное уведомление о подлежащих изменению лимитах бюджетных обязательств, составленное по главному распорядителю и подведомственным ему распорядителям и получателям средств федерального бюджета.

Участия лица, в деятельности которого федеральной службой финансово-бюджетного надзора установлены факты нецелевого использования средств федерального бюджета, в процессе рассмотрения вопроса сокращения лимитов бюджетных обязательств указанным Порядком не предусмотрено. В то же время, в силу пункта 12 данного Порядка восстановление главным распорядителям лимитов бюджетных обязательств по разрешительной надписи Министра финансов РФ или по решениям судебных органов осуществляется курирующим департаментом в пределах сокращенных в текущем году лимитов бюджетных обязательств с оформлением документов в порядке, предусмотренном пунктами 2-7 настоящего Порядка.

Таким образом, правовым последствием предписания (представления) Росфиннадзора, в котором установлены факты нецелевого использования средств федерального бюджета, может стать сокращение лимитов бюджетных обязательств по решениям судебных органов.

Следует обратить внимание, что наличие в резолютивной части предписания (представления) Федеральной службы финансово-бюджетного надзора фраз общего характера не может свидетельствовать о нарушении данным документом прав проверенных субъектов, поскольку такие предписания (представления) не содержат властно-распорядительных указаний и не могут быть принудительно реализованы; за их неисполнение не может быть применена административная ответственность.

Возможность сокращения лимитов бюджетных обязательств на основе предписания (представления) Росфиннадзора также само по себе не означает возможности оспаривания подобного предписания (представления) так как такое сокращение может быть самостоятельно оспорено в суде.

Таким образом, считаем, что предписания (представления) Федеральной службы финансово-бюджетного надзора, резолютивная часть которых содержит фразы общего характера, не могут нарушать права проверенных службой субъектов и, соответственно, не могут быть оспорены ими в арбитражном суде.

5. Пункт 3 части 2 статьи 128 нового Федерального закона «Об исполнительном производстве» устанавливает, что заявление об оспаривании постановления должностного лица службы судебных приставов, его действий (бездействия) подается в арбитражный суд в случае исполнения постановления судебного пристава-исполнителя, вынесенного в соответствии с частью 6 статьи 30 указанного Закона, если, во-первых, должником является организация или гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и, во-вторых, исполнительное производство возбуждено в связи с его предпринимательской деятельностью.

На практике некоторые заявители, подавая соответствующие заявления, исходят из того, что в рассматриваемом случае для определения подведомственности не имеет существенного значения тот факт, что оспариваемое постановление судебного пристава-исполнителя (например, о взыскании исполнительского сбора) вынесено в процессе принудительного исполнения исполнительного документа, выданного судом общей юрисдикции, а не арбитражным судом. Главное установить наличие обоих критериев, предусмотренных рассматриваемой нормой Закона об исполнительном производстве (должник является субъектом предпринимательской деятельности и исполнительное производство возбуждено в связи с его предпринимательской деятельностью). Тем более, что суд общей юрисдикции может ошибочно рассмотреть неподведомственный ему спор.

При обсуждении данного вопроса в суде были высказаны три точки зрения на этот счет.

Согласно одной из них с введением в действие нового Закона об исполнительном производстве не внесены какие-либо изменения в АПК РФ и, следовательно, сохраняет свою силу принцип, в силу которого арбитражным судам подведомственны дела об оспаривании решений и действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя по исполнению судебных актов арбитражных судов, а также исполнительных документов иных органов, если заявителем является организация или индивидуальный предприниматель, кроме тех случаев, когда оспариваются решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя, связанные с исполнением исполнительного документа, выданного судом общей юрисдикции (пункт 20 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2002 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»). При таком подходе тот факт, что основное исполнительное производство возбуждено на основании исполнительного листа суда общей юрисдикции, лишает арбитражный суд права на рассмотрение соответствующего заявления. Также в поддержку названной позиции указывалось, что пересматривать вопрос компетенции судов общей юрисдикции и арбитражных судов по конкретному спору при наличии вступившего в законную силу решения (иного итогового судебного акта) одного из этих судов в рамках исполнительного производства недопустимо в силу конституционного принципа обязательности судебных актов.

Между тем указанная точка зрения не учитывает следующее.

Во-первых, часть 3 статьи 27 и пункт 5 статьи 29 АПК РФ прямо предусматривают возможность отнесения федеральным законом к компетенции арбитражных судов иных дел, помимо перечисленных в самом АПК РФ. Таким федеральным законом как раз и является пункт 3 части 2 статьи 128 нового Закона об исполнительном производстве.

Во-вторых, по смыслу части 1 статьи 198 АПК РФ граждане и организации вправе обращаться в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании решений и действий (бездействия) должностных лиц службы судебных приставов при исполнении ими любых исполнительных документов, а не только исполнительных листов, выданных арбитражными судами. Главное, чтобы оспариваемое решение, действие (бездействие) не соответствовало закону или иному правовому акту и нарушало права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагало на него какие-либо обязанности, создавало иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. До Закона об исполнительном производстве 2007 года действие этой нормы было ограничено упомянутым разъяснением Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2002 № 11.

В-третьих, для рассматриваемого вопроса не имеет значения на основании исполнительного листа какого суда (суда общей юрисдикции либо арбитражного суда) возбуждено основное исполнительное производство. Диспозиция пункта 3 части 2 статьи 128 Закона об исполнительном производстве говорит, помимо субъектного состава, о таком критерии подведомственности дела арбитражному суду как возбуждение исполнительного производства в связи с предпринимательской деятельностью заявителя (должника). И здесь не имеет значения вопрос являлся ли спор предпринимательским для обеих сторон спора, то есть в том числе и для взыскателя, и субъектный состав этого спора. Подведомственность гражданско-правового спора суду конкретной ветви судебной власти могла, например, быть обусловлена тем, что на стороне истца либо третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, выступал гражданин, не обладающий статусом индивидуального предпринимателя. Таким образом, рассматривая подобные дела арбитражный суд не вторгается в компетенцию суда общей юрисдикции.

В силу изложенного вторая точка зрения, относящая дела по соответствующим заявлениям должников к компетенции арбитражных судов, выглядит более весомой.

Но и здесь возможна одна существенная оговорка, связанная с буквальным прочтением пункта 3 части 2 статьи 128 в совокупности с частью 6 статьи 30 Закона об исполнительном производстве.

Так, норма части 6 статьи 30 Закона об исполнительном производстве говорит не просто о постановлении судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора, а о случае, когда на основании этого постановления возбуждено отдельное производство, не связанное с основным исполнительным производством.

В связи с этим уточнением, и это третья точка зрения, арбитражным судам подведомственны дела об оспаривании постановлений о взыскании исполнительского сбора в случаях, когда на основании этого постановления возбуждено отдельное производство, не связанное с основным исполнительным производством, либо оно выделено из последнего.

Опубликовано: 08.01.2010 17:43 Обновлено: 12.05.2023 15:11