Анализ причин отмен судебных актов административной коллегии 1 полугодие 2012

Причины отмены (изменения)

в первом полугодии 2012 года судебных актов

судебной коллегии Арбитражного суда Костромской области по рассмотрению экономических споров,

возникающих из административных и иных публичных правоотношений[*]

В первом полугодии 2012 года судьями, рассматривающими дела по спорам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, разрешено 3128 дел (за тот же период 2011 года – 2667 дел).

241 судебный акт обжалован в вышестоящие судебные инстанции. Судебные акты отменены (изменены) по 8 делам (6 – судом апелляционной инстанции, 1 – кассационной инстанции, 1 – в порядке надзора), что составляет 0,3% от общего количества рассмотренных дел (в 1 полугодии 2011 года – 5 дел или 0,2%). Из числа пересмотренных апелляционным судом судебных актов 2 отменено в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела, 4 – по причине нарушения или неправильного применения норм материального права; кассационным судом судебный акт отменен в связи с неправильным применением норм материального права; Президиум ВАС РФ отменил судебный акт как нарушающий единообразие в толковании и применении норм права.

В целом, по сравнению с 1 полугодием 2011 года, в аналогичный период 2012 года количество рассмотренных дел существенно увеличилось (на 17,3%),  тогда как доля отмененных актов в процентном соотношении увеличилась на 0,1% (с 0,2% до 0,3 %).

Отмены (изменения) судебных актов в апелляционной инстанции  произведены по следующим основаниям.

1. Несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела (п.3 ч.1 ст. 270 АПК РФ)

У суда  отсутствовали основания для привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности, поскольку постановление о возбуждении дела об административном правонарушении было вынесено Прокурором в отсутствие управляющего, не извещенного надлежащим образом о времени и месте составления постановления (дело № А31-12177/2011 )

Прокурор  обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 Кодекса об административной ответственности Российской Федерации (далее – КоАП РФ).

Установив в действиях арбитражного управляющего состав вменяемого административного правонарушения, не усмотрев нарушения процедуры привлечения к ответственности, суд первой инстанции привлек управляющего к административной ответственности и назначил ему наказание в виде штрафа.

            Апелляционный суд не согласился с позицией суда первой инстанции, исходя из следующего.

            В качестве доказательств извещения управляющего о времени и месте вынесения постановления о возбуждении дела об административном правонарушении Прокурором были представлены телеграмма, письма и отчеты о передаче факса.

Однако телеграмма, принятая судом первой инстанции в качестве надлежащего уведомления арбитражного управляющего, была направлена Прокурором по адресу, отличному от адреса регистрации управляющего, указанного в его паспорте. По указанному в телеграмме адресу располагался офис Общества, не являющегося законным представителем управляющего как физического лица.

            Кроме того, телеграмма не была доставлена адресату по причине «офис закрыт по неизвестной причине», а сведения о повторной доставке телеграммы в нарушение Требований к оказанию услуг телеграфной связи в части приема, передачи, обработки, хранения и доставки телеграмм, утвержденных Приказом Мининформсвязи России от 11.09.2007 № 108, в деле отсутствовали.

При таких обстоятельствах апелляционный суд счел, что названная телеграмма не может быть признана в качестве надлежащего доказательства извещения управляющего.

Письма Прокурора, также как и телеграмма направлялись не по адресу регистрации арбитражного управляющего, а по адресу Общества. При этом из этих писем не следовало, что управляющий приглашался Прокурором на вынесение постановления о возбуждении дела об административном правонарушении.

Представленные в материалы дела отчеты о передаче факса не подтверждают извещение управляющего о месте и времени вынесения постановления о возбуждении дела об административном правонарушении, поскольку из этих отчетов невозможно определить, что было направлено факсом (какая информация), кем был направлен факс и кем он был принят.

Оценив указанные документы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что Прокурор не доказал факт надлежащего уведомления управляющего о дате, времени и месте вынесения постановления о возбуждении дела об административном правонарушении.

Таким образом, Прокурор вынес постановление о возбуждении дела об административном правонарушении в отсутствие лица, привлекаемого к административного ответственности, не извещенного надлежащим образом о времени и месте составления постановления.

Учитывая, что ненадлежащее извещение лица является существенным нарушением требований КоАП РФ и возможность устранения этого нарушения отсутствует, апелляционный суд указал на отсутствие у суда первой инстанции оснований для привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности.

Регистрирующий орган правомерно отказал в государственной регистрации выпуска ценных бумаг, поскольку документы и состав содержащихся в них сведений, представленные эмитентом на регистрацию, не соответствовали требованиям Стандартов эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг и Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (дело №                 А31-10268/2011 )

Общество обратилось в территориальный отдел Регионального отделения ФСФР России (далее Региональное отделение, регистрирующий орган) с заявлением о государственной регистрации выпуска акций и отчета об итогах выпуска ценных бумах с приложением пакета документов.

Выявив, что часть представленных документов по своему содержанию не соответствует требованиям Стандартов эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг (далее - Стандарты), Региональное отделение дважды направляло Обществу уведомления с указанием на необходимость представления соответствующих объяснений и копий документов с внесенными исправлениями на электронном носителе.

Обществом требования регистрирующего органа исполнены не были, поэтому приказом Регионального отделения в государственной регистрации выпуска ценных бумаг было отказано. Основаниями для отказа в государственной регистрации послужили: непредставление электронного носителя с исправленными документами; представление в регистрирующий орган двух экземпляров одного протокола общего собрания акционеров Общества об утверждении решения о выпуске акций Общества с различным содержанием.

Полагая, что приказ регистрирующего органа является незаконным, Общество обжаловало его в арбитражный суд.

Суд заявленные требования удовлетворил, признал приказ Регионального отделения недействительным и обязал регистрирующий орган зарегистрировать выпуск акций Общества.

Апелляционный суд решение суда первой инстанции отменил, указав следующее.

Общество в пакете документов, поданных на государственную регистрацию, представило, в том числе, копию протокола общего собрания акционеров об утверждении решения о выпуске акций Общества, направив впоследствии во исполнение требований регистрирующего органа подлинный экземпляр этого протокола, отличающийся по содержанию от представленной ранее копии, в т.ч. в части указания даты проведения собрания акционеров.

При рассмотрении документов регистрирующему органу надлежащих объяснений в отношении выявленного несоответствия эмитентом представлено не было.

Поскольку изготовление копий с одного документа предполагает их идентичность друг другу и оригиналу апелляционный суд посчитал правомерным вывод регистрирующего органа о внесении в протокол общего собрания сведений, не соответствующих действительности, поскольку фактически установить какой из документов является подлинным и содержит верные данные (в отсутствие соответствующих объяснений эмитента), не представлялось возможным, и обоснованно со ссылкой на статью 21 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее – Закон о рынке ценных бумаг) указал на данное обстоятельство в качестве одного из оснований для отказа в государственной регистрации ценных бумаг.

Кроме того, в ходе рассмотрения документов заявителя Региональное отделение дважды уведомляло Общество о необходимости представления в соответствии со Стандартами исправленных и дополнительных документов на электронном носителе.

            Принимая во внимание, что Стандарты эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг являются нормативным правовым актом федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг, установленные в них требования к содержанию и форме документов, представляемых на регистрацию в регистрирующий орган, являются обязательными для эмитентов.

Несоответствие представленных на регистрацию документов и состава содержащихся в них сведений требованиям Стандартов является, в силу ст. 21 Закона о рынке ценных бумаг, основанием для отказа в государственной регистрации выпуска.

При таких обстоятельствах, по мнению суда апелляционной инстанции, учитывая, что Обществу предоставлялась возможность исправления указанного нарушения и эмитент пренебрег возложенной на него законодательством обязанностью, у Регионального отделения имелись правовые основания для отказа Обществу в регистрации выпуска ценных бумаг. Суд первой инстанции необоснованно признал приказ Регионального отделения недействительным об отказе в регистрации ценных бумаг.

 Окружной суд оставил постановление суда второй инстанции без изменения.

2. Нарушение или неправильное применение норм                          материального права  (п.4 ч.1 ст. 270)

Учитывая, что на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции вступил в силу нормативный правовой акт, смягчающий административную ответственность, а постановление о назначении административного наказания не вступило в законную силу и не было исполнено, решение суда изменено апелляционным судом в части определения административного наказания за совершенное  правонарушение (дело № А31-8030/2011 )

            Постановлением Территориального управления Федеральной службы финансово-бюджетного надзора (далее – Управление)  Общество признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 6 ст. 15.25 КоАП РФ, и привлечено к ответственности за нарушение срока представления резидентом уполномоченному банку справки о подтверждающих документах ввоза товаров (просрочка 6 дней) в виде штрафа в размере 40000 руб.

             Не согласившись с постановлением, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его незаконным и отмене.

            Принимая решение об отказе в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из доказанности в действиях заявителя состава вмененного правонарушения, а также отсутствия оснований для признания правонарушения малозначительным.

            Апелляционный суд признал правильным вывод суда первой инстанции о законности оспариваемого постановления и отсутствии оснований для применения положений ст. 2.9 КоАП РФ.

Вместе с тем, суд второй инстанции счел решение подлежащим изменению в части определения наказания в силу следующего.

Федеральным законом от 15.11.2011 № 311-ФЗ (далее - Закон № 311-ФЗ) была измена редакция ч. 6 ст. 15.25 КоАП РФ и установлена градация наказания за нарушение сроков представления форм учета и отчетности по валютным операциям в зависимости от периода просрочки. В результате с 28.11.2011 за нарушение срока представления справки не более чем на 10 дней была установлена ответственность в виде предупреждения или наложения административного штрафа до 15000 руб.

Общество совершило административное правонарушение до вступления в силу Закона № 311-ФЗ, однако его положение улучшилось, поскольку на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции административная ответственность за совершенное деяние была смягчена.

Поскольку оспариваемое постановление о назначении административного наказания не вступило в законную силу и не исполнено, с учетом положений ч. 2 ст. 1.7 КоАП РФ апелляционный суд признал подлежащим применению нормативный правовой акт, улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение - ч. 6.1  ст. 15.25 КоАП РФ (в редакции Закона № 311-ФЗ) и определил наказание Обществу в соответствии с новой санкцией, учитывая все установленные при рассмотрении дела обстоятельства, обусловившие применение штрафа в минимальном размере, в т.ч. смягчающие ответственность.

Принимая во внимание, что Управлением при рассмотрении дела не были установлены обстоятельства, отягчающие административную ответственность, правонарушение было совершено Обществом впервые, апелляционный суд пришел к выводу о наличии предусмотренных ст. 3.4 КоАП РФ оснований для назначения наказания в виде предупреждения.

В действиях Общества отсутствовал состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ,  поскольку на момент составления протокола об административном правонарушении в отношении Общества и рассмотрения дела судом первой инстанции, для осуществления деятельности по производству работ по монтажу, ремонту и обслуживанию средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений получение лицензии не требовалось (дело № А31-7983/2011)

Управление надзорной деятельности МЧС России (далее – Управление) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении Общества к административной ответственности по ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях Общества состава вменяемого правонарушения.

Апелляционный суд признал позицию суда первой инстанции ошибочной по следующим основаниям.

Обществу вменялось осуществление работ по монтажу, ремонту и обслуживанию средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений (далее – работы по монтажу средств пожарной безопасности) без лицензии, что является нарушением требований Положения о лицензировании производства работ по монтажу, ремонту и обслуживанию средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений, утвержденного постановления Правительства РФ от 25.10.2006 № 625, и Федерального закона от 08.08.2001 «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон о лицензировании).

Между тем, Закон лицензировании содержит указание об отмене лицензирования названного вида деятельности со дня вступления в силу технических регламентов, устанавливающих обязательные требования к лицензируемым видам деятельности (п. 1 ст. 17 и п. 7 ст. 18 Закона).

На день составления протокола об административном правонарушении в отношении Общества (22.09.2011) и рассмотрения дела судом первой инстанции (28.10.2011) для осуществления работ по монтажу средств пожарной безопасности получение лицензии не требовалось в связи с вступлением в силу с 28.04.2009 Федерального закона от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (далее – Федеральный закон № 123-ФЗ).

Таким образом, с названной даты нарушение требований Положения о лицензировании не влекло за собой административную ответственность, предусмотренную статьей 14.1 КоАП РФ.

Соответственно, в действиях Общества отсутствовал состав вменяемого административного правонарушения

С учетом изложенного апелляционный суд указал на отсутствие у суда первой инстанции оснований для привлечения Общества к административной ответственности и отменил решение суда первой инстанции.

Постановление по делу об административном правонарушении, принятое арбитражным судом к производству с восстановлением пропущенного на обжалование срока, считается не вступившим в законную силу (дело № А31-7754/2011)

            Прокурор обратился в арбитражный суд с заявлением об отмене постановления Управления Роспотребнадзора (далее - Управление) о прекращении производства по делу об административном правонарушении.

            Одновременно Прокурором было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока для обжалования постановления в судебном порядке.

Суд признал причины пропуска срока уважительными и восстановил срок. В то же время суд пришел к выводу, что дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде, поскольку Прокурор не обладает правом обжалования вступивших в законную силу постановлений по делу об административном правонарушении в судебном порядке (ст. 30.12 КоАП РФ), и прекратил производство по делу.

Признав правомерным и обоснованным восстановление судом первой инстанции пропущенного срока, суд апелляционной инстанции не согласился с позицией суда о вступлении оспариваемого постановления в законную силу. Отменяя решение суда и направляя дело на новое рассмотрение, апелляционный суд исходил из следующего

По смыслу ч. 1 ст. 31.1 КоАП РФ в случае обжалования в судебном порядке, постановление по делу об административном правонарушении не вступает в законную силу.

С учетом предусмотренного действующим законодательством права Прокурора на обжалование в судебном порядке постановлений по делу об административном правонарушении не вступивших в законную силу, а также принимая во внимание тот факт, что соответствующее заявление Прокурора было принято к производству арбитражным судом первой инстанции с восстановлением пропущенного на обжалование срока, постановление Управления Роспотребнадзора считается не вступившим в законную силу.

Из положений статей 31.1 и 30.12 КоАП РФ не следует возможность восстановления процессуального срока на обжалование постановления по делу об административном правонарушении и невозможность при этом восстановления срока вступления в законную силу постановления по административному делу.

На основании изложенного апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии у суда первой инстанции оснований для прекращения производства по делу.

            Вывод суда о наличии оснований для признания решения Управления Ростехнадзора о предоставлении лицензии и лицензии незаконными не основан на нормах действующего законодательства; заявителем пропущен срок на обжалование ненормативного правового акта (дело № А31-3154/2011)

Общество обратилось в Управление Ростехнадзора с заявлением о предоставлении лицензии на осуществление на территории Российской Федерации деятельности по сбору, использованию, обезвреживанию, транспортированию, размещению отходов I – IV класса опасности. К заявлению Общество приложило необходимые документы, в том числе подтверждающие наличие у него объектов размещения отходов.

Управление Ростехнадзора издало приказ о предоставлении Обществу лицензии, указав в приказе среди прочего: виды работ, выполняемые в составе лицензируемого вида деятельности – «сбор, транспортировка, использование, размещение, обезвреживание», место осуществления деятельности (включая филиалы и обособленные подразделения) – «Российская Федерация». На основании приказа Обществу была выдана лицензия с аналогичными сведениями в графах «Конкретный вид лицензируемой деятельности» и «Место осуществления деятельности».

Посчитав, что приказ и лицензия в части, предоставляющей Обществу право осуществлять лицензируемую деятельность по виду работ «размещение» на территории РФ, не соответствуют законодательству и нарушают права неопределенного круга лиц, Прокурор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их незаконными и отмене в соответствующей части.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что лицензия выдана без законных к тому оснований, поскольку представленные Обществом документы не подтверждают наличия у него на законном основании объекта размещения отходов; уведомление лицензирующих органов субъектов Российской Федерации о намерении соискателем лицензии осуществлять лицензируемый вид деятельности на их территории отсутствует.

Проверяя решение суда, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Решение о предоставлении лицензии и оформленная на его основании лицензия могут быть признаны не соответствующими действующему законодательству в случае установления наличия у лицензирующего органа оснований для принятия по заявлению соискателя лицензии решения об отказе в предоставлении лицензии.

Прокурор в обоснование заявленных требований ссылался на то, что Общество и используемые им объекты не соответствовали лицензионным требованиям и условиям.

Вместе с тем, соответствие указанных соискателем лицензии объектов лицензируемой деятельности установленным требованиям проверяется лицензирующим органом до выдачи лицензии. Ни Управлением, ни Прокурором не были представлены доказательства того, что арендованная Обществом уплотненная площадка (объект размещения отходов) до выдачи лицензии лицензирующим органом не проверялась, объектом размещения опасных отходов не являлась. Выписка из реестра объектов размещения отходов об отсутствии в нем сведений о такой площадке отсутствовала.

Указание в приказе и лицензии в качестве места осуществления лицензируемой деятельности Российской Федерации, а в составе выполняемых работ - «сбор, использование, обезвреживание, транспортирование, размещение» относится к содержанию заявления, решения о предоставлении лицензии и непосредственно лицензии, а не к лицензионным требованиям.

Обществом испрашивалась и получена лицензия на вид деятельности в том наименовании, которое использовалось в Федеральном законе от 08.08.2001 № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»   (далее – Закон № 128-ФЗ) в редакции Закона № 309-ФЗ, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений.

При этом исключение из лицензии указания на место осуществления деятельности («Российская Федерация») могло привести к отсутствию в лицензии каких-либо действительных сведений о месте осуществления лицензируемой деятельности, и тем самым лишить лицензиата возможности продолжать осуществлять лицензируемую деятельность, право на которую в полном объеме не оспорено и не прекращено.

Также апелляционный суд признал необоснованным вывод суда первой инстанции, сделанный с учетом п. 2 ст. 7 Закона № 128-ФЗ, о том, что Общество должно было предварительно уведомить лицензирующие органы субъектов РФ о намерении осуществлять лицензируемый вид деятельности на территории этих субъектов, поскольку норма п. 2 ст. 7 Закона № 128-ФЗ, определяя порядок действия лицензии в пространстве, предусматривает уведомительный порядок лишь для лицензий, предоставленных лицензирующим органом субъекта РФ, а не для лицензий, предоставленных федеральным органом исполнительной власти.

Уведомительный порядок, исходя из постановления Правительства РФ от 26.01.2006 № 45 «Об организации лицензирования отдельных видов деятельности», действует в отношении не соискателя лицензии, а лицензиата, и предусматривает приложение к уведомлению копии лицензии.

Соответственно, от Общества как соискателя лицензии (не лицензиата) не требовалось представления документов, подтверждающих уведомление лицензирующих органов субъектов Российской Федерации.

Одновременно апелляционный суд подчеркнул, что на момент рассмотрения спора субъектный состав ранее возникшего между истцом и ответчиком лицензионного правоотношения изменился в связи с переходом полномочий в сфере лицензирования деятельности по сбору отходов к Росприродназору. С учетом предмета заявленных требований привлечение Управление Росприроднадзора в качестве третьего лица апелляционный суд признал процессуальным нарушением, которое не может быть устранено в апелляционном порядке.

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске Прокурором трехмесячного срока обжалования ненормативного правового акта Управления.

Так, с учетом требований, заявленных Прокурором в интересах неопределенного круга лиц, и правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в постановлении от 16.11.2010 № 9476/2010, при обращении Прокурора в суд начало течения срока должно исчисляться с момента, когда Прокурору стало известно о нарушении охраняемых законом интересов неопределенного круга лиц или публичных.

Материалы дела не содержали каких-либо сведений, позволяющих считать заявителя не пропустившим трехмесячный срок для оспаривания ненормативных правовых актов либо пропустившим по уважительным причинам.

Названные обстоятельства послужили основанием для отмены решения суда первой инстанции и отказа в удовлетворении заявленных требований.

Окружной суд поддержал выводы суда апелляционной инстанции.

Отмены (изменения) судебных актов

в кассационной инстанции (ст. 288 АПК РФ)

Федеральным арбитражным судом Волго-Вятского округа отменено решение Арбитражного суда Костромской области, оставленное в силе постановлением Второго арбитражного апелляционного суда, по делу № А31-2702/2011 в связи с нарушением норм материального права. Впоследствии судебные акты судов первой, апелляционной и кассационной инстанций были отменены Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по результатам пересмотра в порядке надзора.

Отмены (изменения) судебных актов в порядке надзора (ст. 292 АПК РФ) произведены по следующим основаниям.

Поскольку предприниматель не осуществлял производство по выращиванию скота и переработке мяса, его предпринимательская деятельность, связанная с продажей мяса в розницу на рынке, соответствует понятию «розничная торговля», предусмотренному ст. 346.27 Налогового кодекса Российской федерации, и подлежит обложению единым налогом на вмененный доход (дело № А31-6475/2010)

В ходе выездной налоговой проверки деятельности Индивидуального предпринимателя, осуществлявшего продажу мяса в мясном павильоне Центрального рынка, налоговая инспекция сделала вывод о необоснованном применении Предпринимателем в 2006-2008 годах специального налогового режима в виде единого налога на вмененный доход, в связи с чем доначислила ему налог по упрощенной системе налогообложения, а также пени и штраф.

Инспекция установила, что в проверяемый период Предприниматель приобретал у сельскохозяйственных предприятий живой скот, который в период от 3 до 30 дней находился у него на откорме. В дальнейшем Предприниматель осуществлял забой скота и реализовывал разделанное мясо в розницу в мясном павильоне.

Инспекция пришла к выводу о том, что скот в живом весе является сырьем для производства мяса, а не готовой продукцией.

Не согласившись с позицией налогового органа, Предприниматель обжаловал решение Инспекции, утвержденное решением территориального Управления ФНС, в арбитражный суд.

Частично удовлетворяя требования, суд первой инстанции в решении отметил, что деятельность Предпринимателя не подпадает под уплату единого налога на вмененный доход по виду деятельности «розничная торговля», т.к. в проверяемом периоде налогоплательщик закупал живой скот, который определенный промежуток времени находился у него на откорме, и только после этого забивал и разделывал, тем самым производя видоизменение приобретенной продукции для получения мяса, которое является продукцией мясной промышленности, а уже затем реализовывал полученное мясо покупателям в розницу через торговую точку в мясном павильоне.

Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводами суда первой инстанции.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации счел позицию судов нижестоящих инстанций ошибочной и отменил судебные акты всех трех инстанций, удовлетворив требования Предпринимателя, при этом указал следующее.

  Для квалификации мяса скота в качестве продукции, произведенной Предпринимателем, оно должно быть получено в результате осуществления Предпринимателем сельскохозяйственного производства.

Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона от 29.12.2006 № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства» под сельскохозяйственным производством признается совокупность видов экономической деятельности по выращиванию, производству и переработке сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия.

Установленные по делу обстоятельства, касающиеся условий ведения Предпринимателем деятельности, связанной с закупкой скота, его забоем и реализацией мяса, не свидетельствуют об осуществлении им сельскохозяйственной деятельности по выращиванию животных. Незначительный промежуток времени, имевший место между закупкой скота и его забоем, обусловлен условиями осуществления предпринимателем деятельности по розничной продаже мяса, необходимостью обеспечения равномерности реализации свежей продукции и сокращением затрат на хранение мяса.

Таким образом, Предприниматель не имел собственного производства по выращиванию скота, а осуществлял предпринимательскую деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от продажи мяса в розницу на рынке.

Предпринимательская деятельность, связанная с торговлей товарами на основе договоров розничной купли-продажи, соответствует понятию «розничная торговля», предусмотренному статьей 346.27 НК РФ, и подлежит обложению единым налогом на вмененный доход.